Логин
Пароль
вход
  Запомнить
Забыли пароль? Регистрация

Практика

Структурный анализ (диагностика Родителя, Взрослого и Ребенка), анализ взаимодействий, анализ игр и анализ лежащих в основе сценариев составляют различные фазы лечения; их объединяют под общим названием транзакционного анализа. Все фазы лечения выполняются обычно одновременно, по мере того как это позволяют обстоятельства, но некоторые опытные врачи выполняют каждую фазу отдельно.

Транзакционный анализ был развит первоначально как техника проведения групповой терапии и представляется в настоящее время наиболее четко разработанным подходом к групповому лечению. Группы являются плодотворной почвой для игр, поскольку они доставляют множество возможностей для транзакций. Как мы уже заметили, два человека в комнате – это в действительности шесть, а если собрать вместе восемь человек, то имеется двадцать четыре состояния Я, и участники вскоре без труда находят кого-нибудь, с кем можно разыграть игру.

Было замечено, что в терапевтических группах, как и в общественных, семейных, деловых и других ситуациях, разыгрывание игр является лишь одной из шести возможностей поведения. Когда люди собираются вместе, перед ними всегда возникает вопрос: что нам теперь делать с нашим временем? Это может стать преобладающей заботой у робкого и неуверенного в себе человека, который сразу же после вступления в группу склонен замкнуться.

Ритуалы – это стереотипные последовательности действий, предписываемых обществом. Некоторые из них носят формальный характер, например, церемонии бракосочетания, обряды обрезания или похоронные церемонии. Часто встречаются и неформальные ритуалы. Природу ритуалов можно понять, изучив ритуал приветствия, столь обычный в современной Америке:

Джо: Доброе утро!
Мо: Как поживаете?

В обеих ритуальных фразах содержится поглаживание: Джо поглаживает Мо, а Мо поглаживает Джо. В предыдущем примере обмен поглаживаниями происходит как будто по правилу "слог за слог": каждый дает другому три слога. Но бывает и так:

Джо: Как ваши дела, Мо? Я очень давно вас не видел.
Мо: Привет!

Так не годится: Джо произнес целую фразу, а Мо ответил ему всего двумя слогами. Мо задолжал несколько поглаживаний, и Джо почувствует себя обиженным.

Врачи, практикующие транзакционный анализ, используют иногда неформальные ритуалы в самом начале сеанса, чтобы расшевелить присутствующих, но избегают продолжительных ритуалов.

Один из способов заполнения, или структурирования времени, применяемый в группах, – это работа; выполняемая при этом задача называется в транзакционном анализе деятельностью. (То, что происходит в большинстве контор и учреждений между девятью часами утра и пятью дня, содержит гораздо меньший процент работы, чем обычно предполагают.) В больницах, например, персонал собирается, чтобы произвести операцию, или же пациенты собираются вместе для трудовой терапии; каждая особая задача называется групповой деятельностью.

Еще один вид группового поведения – это времяпрепровождение. Когда людям надо занять чем-то свое время, они заполняют свободные промежутки обсуждением безобидных, но интересных предметов. В отличие от игрока, разыгрывающего игру, человек, занятый времяпрепровождением, не получает от него выигрыша. Для различных групп, объединяемых общественным положением и уровнем образования, характерны свои специфические формы времяпрепровождения.

На коктейль-пати в большом городе догадливая хозяйка проводит нового гостя к небольшой группе, занятой времяпрепровождением на интересующую его тему. Публика собирается в кружки, занятые разным времяпроводжением. Каждый переходит от одного кружка к другому, пока не найдет свое излюбленное времяпрепровождение; если ни одно ему не подходит, он уйдет домой, бормоча: "Ну и паршивый же вечер был сегодня". Излюбленное времяпрепровождение интеллигентов – "Психиатрия"; это времяпрепровождение встречается в двух видах. "Интроективная психиатрия" (или "Поговорим обо мне") происходит следующим образом:

Филлис: Я, кажется, неспособна принять решение.
Джордж: Ваша амбивалентность унаследована от отца.

Это может длиться часами, и в некоторых случаях таким способом сообщается немало полезной информации. Времяпрепровождение удобно также и в том отношении, что может служить отправным пунктом для начала игр, давая возможность любителю игр подыскать себе подходящих партнеров. Игры также заполняют время и доставляют специфический, индивидуально дифференцированный, выигрыш, подобный выигрышу Генри; далее, они предохраняют от близости.

Остается еще один способ существования в группе из двух или более членов – достижение близости. Это случается очень редко, обычно в личных отношениях между двумя лицами; близость – это прямое, свободное от игр отношение между людьми; оно свободно также от замкнутости, ритуалов, времяпрепровождения и не связано с деятельностью.

Многие люди проживают всю жизнь, не зная близости. Когда есть близость, это можно увидеть сразу же, без особого исследования. Поэты писали о ней тысячи лет и они подошли, по-видимому, ближе всех к передаче другим этого чувства. Близость почти не встречается в группах психотерапии и в общественных группах. Чаще всего она складывается между любящими, не имеющими надобности унижать или эксплуатировать друг друга и способными, таким образом, говорить прямо и вести себя без подвохов и скрытности.

Замкнутость, ритуалы, деятельность, времяпрепровождение, игры и близость – вот шесть способов, которыми человек может структурировать время, проводимое с другими людьми.

Врачи, проводящие транзакционный анализ, внимательно наблюдают группу, чтобы определить складывающийся в ней тип структурирования времени. При этом они не предрешают заранее, хорош или плох какой-нибудь тип сам по себе, а решают, что хорошо для той или иной цели. Застенчивой, замкнутой девушке, не знающей, что сказать на свидании молодому человеку, могут быть полезны упражнения во времяпрепровождении, между тем как разговорчивому, общительному торговцу может быть полезна некоторая сосредоточенность и замкнутость.

Ритуалы могут расшевелить публику, но становятся бесполезными при длительном применении, деятельность лучше предоставить врачам, проводящим трудовую терапию. Труднее всего заставить какую-либо группу отказаться от привычного ей времяпрепровождения. Из-за этого группа может годами собираться без результата, и члены группы могут годами оправдываться: "Право же, это такая интересная группа!"

В транзакционном анализе важны результаты. С самого начала врач стремится заключить с пациентом лечебный контракт. Начинается это с вопроса к пациенту: "Чего же вы хотите?" или: "Вы пришли сюда с некоторой целью; когда мы с вами будем считать, что эта цель достигнута?" Хотя вопрос этот кажется довольно простым, в ряде случаев психотерапия проводилась годами, а только что указанный вопрос так и не был поставлен.

Многие пациенты начинают лечение, отрывают время от работы, платят немалые деньги и затрачивают эмоциональные усилия, а затем говорят врачу: "Не могу понять, зачем я сюда хожу; а вы как думаете?" Врач узнает в этом вопросе Ребенка, спрашивающего Родителя, как ему лучше себя вести.

Если врач проявит небрежность и ответит какой-нибудь из родительских сентенций, отсюда может возникнуть игра. В этом случае Ребенок пациента может, в конце концов, взбунтоваться. Такой образ действия доставляет возбуждение, но не лечит. Чтобы избежать подобных нежелательных ситуаций, заключают контракт взрослого типа, учитывая объективные потребности пациента:

Врач: Что могло бы вас сделать счастливым?
Пациент: Я хотел бы иметь настоящего друга.
Врач: А что такое настоящий друг?
Пациент: Это человек, с которым я мог бы разговаривать, проводить с ним время, обедать с ним.
Врач: Понимаю. А был у вас когда-нибудь настоящий друг?
Пациент: Нет, я не умею общаться с людьми.
Врач: Ладно. Так вот, если у вас будет настоящий друг, вы получите то, за чем ко мне пришли, не правда ли?
Пациент: Да, я согласен.

Это, по существу, контракт между Взрослым и Взрослым. И врач и пациент знают, ради чего они работают, и ясно представляют себе, каким образом должен измениться пациент, чтобы лечение было успешно. Контракты должны иметь простой и ясный смысл и формулируются в однозначных терминах. Вот другие примеры контрактов: "Я хочу зарабатывать не менее ста долларов в неделю" или: "Я хочу иметь половую потенцию". В контрактах этого рода пациент либо получает, либо не получает то, за чем он пришел, и обеим сторонам ясно, достигнута ли поставленная цель.

Если пациент не способен в качестве Взрослого заключить контракт, эта неспособность становится основным предметом лечения. Если события выходят из-под контроля, пациента приходится иногда лечить против его воли. В течение некоторого времени врач может принять на себя ряд родительских функций и тем самым ответственность за ситуацию Родитель – Ребенок; например: "Джордж, пора есть". Прилагаются все усилия, чтобы установить контакт со Взрослым пациента и заключить с ним лечебный контракт. После этого лечение может продвигаться быстрее.

Структурный анализ – это ранняя и применяемая во всех случаях фаза лечения, в которой врач и пациент группы начинают различать, когда действующим состоянием Я является Родитель, Взрослый или Ребенок. Иногда это легко увидеть. Поведение, слова, тон голоса, чувства – все это помогает диагнозу состояний Я, и члены группы нередко выучиваются проницательно разгадывать их.

С состояниями Я связаны две особенно часто встречающихся проблемы. Первая из них – исключение. Случается, что одно из состояний Я одерживает верх и не дает проявиться другим. Если одерживает верх Взрослый, то индивид становится весьма рациональным и объективным, но лишенным ценностей и убеждений и неспособным к радости. Утвердившийся Родитель проводит обычно свое время, искореняя все напоминающее детскую радость (например, под именем греха).

Утвердившийся Ребенок может получать от жизни много радостей, но лишиться, в конечном счете, всех ресурсов и даже остаться без пропитания. Поскольку состояния Я естественны, каждое из них выполняет свою необходимую функцию. Вопрос в том, какое состояние Я лучше подходит к данной ситуации.

Второй важной проблемой, касающейся состояний Я, является заражение. Это происходит, когда два состояния Я сливаются и пациент не знает, какое из них действует. Шестилетняя девочка просыпается и кричит: "Мама, мама, большой злой волк в моем шкафчике; я его слышала!" Мама входит в ее комнату, включает свет, обнимает ее и говорит: "Не бойся, все будет хорошо!" (Родитель). Затем она приступает к научному эксперименту. Она стаскивает одеяло с головы девочки и говорит: "Никакого волка здесь нет". Она открывает дверцу шкафчика и говорит: "Сейчас посмотрим" (экспериментирование) и, наконец, говорит: "Посмотри-ка сюда!" (заключение).

Это научное исследование усиливает Взрослого в ее дочери, между тем как ее утешения и объятия усиливают Ребенка. Дочь ее спала и проснулась с фантазией (Ребенок). Фантазия эта была столь сильна, что заразила ее Взрослого, и она была уверена, что слышала шум в шкафчике. Если бы ее Взрослый не был заражен, она знала бы, что шум этот был одним из обычных звуков от чего-нибудь другого, например, шелестом падающих листьев или собачьим лаем. Когда вышла ее мать, уделив внимание и ее Ребенку, и ее Взрослому, оба они стали сильнее и смогли существовать отдельно; тогда девочка снова уснула.

Эта ситуация, когда фантазии Ребенка заражают вычислительную машину Взрослого, встречаются в любом возрасте. Например, пациент может в испуге вообразить, что его преследует какой-то мрачный тип. Это заражение типа Ребенок – Взрослый известно под названием мании, и врач поступает почти так же, как мать в описанной сцене, распознавая Ребенка и Взрослого и говоря о каждом из них особым способом, что помогает им разделиться.

И тогда пациент может сказать: "Странное же было у меня представление, будто меня кто-то преследует". Иногда все лечение, которого пациент хочет или в котором он нуждается, сводится к этому структурному анализу состояния Я; после успешного завершения такого анализа он может вернуться к своим обычным занятиям и домашней жизни, лишь изредка консультируясь впоследствии с врачом. Однако большинство пациентов переходит затем к анализу игр.

В группах, где применяется транзакционный анализ, игры разыгрываются по двум причинам: во-первых, врач не может допустить, чтобы группа проводила весь сеанс, занимаясь времяпрепровождением или замкнувшись в себе; во-вторых, игры связаны с рядом преимуществ (выигрышей), особенно в тех случаях, когда они приобретают грубый характер. Сначала ставится диагноз игры, а затем ее лечат, если это предусмотрено контрактом врача с пациентом.

Опытный врач не преследует все игры подряд, поскольку время от времени игры нужны каждому, и некоторые из игр сравнительно безобидны. Но если игра причиняет вред, необходимо вмешательство врача. Когда врач обнаруживает игру, он может реагировать на нее четырьмя способами:

  1. Разоблачить игру
  2. Принять в ней участие
  3. Вовсе игнорировать ее
  4. Предложить альтернативную игру

Когда пациент в конечном счете отказывается от важной для него игры, положение его весьма своеобразно. Он отрекся от "старого друга", поскольку хорошо знал свою игру и извлекал из нее очень много. Обычно он переживает в таких случаях период отчаяния. Оно похоже на депрессию, но отличается от нее тем, что наступает быстро и сопровождается элементами фрустрации и замешательства.

Отчаяние является реакцией Ребенка и напоминает то, что происходит с настоящим ребенком, когда уезжает его лучший товарищ по играм. Ребенок чувствует себя одиноким и не знает, что ему делать. Но через несколько дней можно увидеть его весело играющим с другим приятелем. Пациент, отказывающийся от игры, находится в подобном же одиночестве, но точно так же свободен найти себе новых друзей.

Это – время решения. Ответственный врач, ведущий транзакционный анализ, никогда не покинет пациента в такой момент, а продолжит свою работу в течение периода, когда пациент, освободившись от своих пут, решает, чем ему дальше заняться. Он не повторяет старых шаблонов, а пробует новые способы общения в своей группе. И теперь Ребенок пациента ищет поддержки у Родителя врача. Врач, предвидевший этот момент, готов оказать ему помощь.

В случае Джеральда, мать говорила ему, когда он был ребенком:

  • Мать (на одном уровне): Будь удачлив в жизни.
  • Мать (на другом уровне): Не покидай меня.

Теперь же врач говорит ему:

  • Врач (на одном уровне): Будь удачлив в жизни.
  • Врач (на другом уровне): А теперь ты можешь уйти.

В данном случае здесь происходит здоровое соревнование между реальной матерью и родительским состоянием Я врача. Врач понимает силу своего влияния и готов принять на себя ответственность, хорошо зная собственного Родителя, Взрослого и Ребенка. В некоторых случаях пациент, отказавшийся от игр, достигает близости, самого приятного и благодарного из переживаний.

По Берну, базисом трансактного анализа, в дополнение к эго-состояниям, является изучение трансакций - что, собственно, и отражено в названии трансактный анализ. Берн подразделял трансакции на дополнительные, пересекающиеся и скрытые.

Дополнительные трансакции параллельны друг другу,  осуществляются от любого эго-состояния одного человека к другому и обратно, например в симбиозе мужа и жены. Она - матерински заботливая, он - покорный и ребячливый. Обоим это нравится, и они остаются в таких отношениях практически все время. Когда же он внезапно переключается и начинает действовать из своего Родителя, возникает пересекающаяся трансакция, а с ней - потеря коммуникации, и проблемы длятся, пока они вновь не возобновят дополнительные трансакции.

Скрытые трансакции - это шифровка, секрет, по крайней мере для эго-состояния Взрослый. В старом примере Берна ковбой спрашивает девушку, не хочет ли она осмотреть сеновал. Его секретная, скрытая трансакция: "Пойдем покувыркаемся в сене". Она отвечает: "Давай. Всегда обожала сеновалы" ... и, если она соглашается на скрытую трансакцию, ее секретный ответ: "Здорово!"

Затем они вместе наслаждаются сексом - единственная цель использования скрытой трансакции - скрыть от своих Взрослых, чем они в действительности собрались заниматься. Если она не поняла его скрытого сообщения, то она будет удивлена, а может и рассержена его попыткой залезть под юбку. Он растерян и разочарован ее откликом и одновременно удивлен. Теперь они вовлечены в игру.

В дополнение к дополнительным, пересекающимся и скрытым трансакциям существуют также прямые, непрямые и смазанные трансакции. Прямые - это Я-Ты трансакции, при которых человек обращается напрямую к собеседнику. Непрямые - Я-Он/Она, при которых кто-то говорит с кем-то о третьем лице. Смазанные - это Я-Вы Все, при которых человек обращается к группе людей.

При проведении психотерапии многие терапевты используют только прямые трансакции, и просят пациентов придерживаться именно этого типа трансакций. Многие пары начинают работу с непрямых трансакций, играя в игру "суд": "Он никогда ничего не делает по дому", "Она ни за что не приготовит то, что я захочу". В этой игре терапевтам отводятся роли судьи и присяжных и ожидается, что они втянутся в игру.

Когда терапевт просит пару говорить друг с другом, судебное разбирательство закрывается, а они становятся доступнее лечению. Пока они говорят друг о друге, интимность, близость для них практически недоступна, пусть даже провозглашенная ими цель - перестать ссориться и стать ближе друг другу. Когда же они разговаривают друг с другом, то узнают, что многое из сказанного на самом деле относится к незаконченным делам с их родителями, и тогда терапевт просит их адресовать свои замечания "напрямую" родителям.

Предлагается пациентам представить, что мать и отец сидят перед ними, и повторить родителям то, что они говорили нам. Так устанавливается прямая трансакцию, "здесь и сейчас", между Я и Ты. Пациент мгновенно перемещается в эго-состояние Ребенок и из него, а не из Взрослого, разбирается с ситуацией. Говоря с родителем и перемещаясь на другой стул, чтобы говорить от лица родителя, он воскрешает поток воспоминаний и о событии, и о чувствах, связанных с ним, и ощущает себя на сцене этого события "здесь и сейчас". С позиции своего Ребенка, оживляя сцену и закрывая старые незавершенные дела, пациент получает возможность произвести эмоциональные изменения в своих ранних решениях (принять новое решение).

Обрасти применения Трансактного анализа

Самая распространённая на сегодняшний день область практического применения ТА  — анализ и «терапия» организаций. Существует даже особое направление ТА — организационное ТА, которое занимается проблемами групповой динамики, развитием персонала организации, анализом этапов развития организации, помощью в преодолении кризисов и застоев в организациях, управлением бизнес-процессами и мн. др. Специалисты ТА здесь называются оргконсультантами. Они работают в сфере бизнеса в качестве приглашённых, т.е. внешних, консультантов или являются сотрудниками департаментов развития человеческих ресурсов, служб персонала организаций и фирм.

ТА является мощным инструментом при подготовке управленческих кадров и в коммуникационном тренинге. В настоящее время в США и Западной Европе большинство бизнес-тренингов создаётся на основе ТА. ТА также широко используется в индивидуальной, семейной и групповой психотерапии. ТА здесь используется как системный метод при лечении всех типов психологических расстройств (начиная от повседневных жизненных проблем и заканчивая психозами).

ТА имеет значительный опыт эффективного лечения психозов и используется в области клинической психиатрии. Так, ученица Берна Джэки Ли Шифф разработала и успешно применяла метод лечения шизофрении в своём центре «воссоздания родителя». Многие пациенты Джэки Шифф, полностью излечившись, впоследствии освоили метод ТА и даже стали психотерапевтами.

С самого начала Эрик Берн рассматривал ТА как «теорию социального действия» и как метод для работы с группами. В этом плане ТА может эффективно использоваться практически в любой области, в которой люди взаимодействуют друг с другом.

В западных странах ТА используется в системе образования, помогая преподавателям и учащимся плодотворно общаться и избегать ненужных конфликтов. Самая распространённая проблема, с которой работают специалисты ТА в системе образования, связана с тем, что ученики и студенты манипулируют преподавателем, а тот может поддаться и начать проигрывать своё прошлое, в котором происходило нечто подобное, поступая при этом неэффективно. Этого можно избежать, если преподаватель будет знать теорию сценария. Другие теории ТА помогают преподавателям быть более успешными в других вопросах.

В числе многих других областей ТА используется социальными работниками, религиозными деятелями, полицией, в исправительных учреждениях. Трансактный анализ  может быть применён в любой области, где существует потребность в понимании людей, их взаимоотношений и общения.

наверх