Логин
Пароль
вход
  Запомнить
Забыли пароль? Регистрация

Гуманистический (экзистинциально-гуманистический) подход

Экзистенциально-гуманистический подход не относится к числу простых. Сложности начинаются уже с самого названия. Чтобы разобраться с этим, немного истории.

Экзистенциальное направление в психологии возникло в Европе в первой половине ХХ века на стыке двух тенденций: с одной стороны это неудовлетворенность многих психологов и терапевтов господствовавшими тогда детерминистскими взглядами и установкой на объективный, научный анализ человека; с другой стороны это мощное развитие экзистенциальной философии, которая проявляла большой интерес к психологии и психиатрии. В результате в психологии появилось новое течение – экзистенциальное.

Экзистенциальная психология берет начало в работах Серена Кьеркегора (1813—1855) — датского философа и теолога. Кьеркегор был крайне обеспокоен крепнущей у него на глазах тенденцией к дегуманизации человека. Он решительно не соглашался с тем, что людей можно воспринимать и описывать как некие объекты, тем самым сводя их до уровня вещей. Вместе с тем он был далек от того, чтобы закреплять за субъективным восприятием свойство единственной доступной человеку реальности.

Для Кьеркегора не существовало жесткой границы между субъектом и объектом, а также между внутренними переживаниями человека и тем, кто их испытывает, ведь в каждый конкретный момент времени личность невольно отождествляет себя со своими переживаниями. Кьеркегор стремился понять людей такими, какими они живут внутри своей реальности, то есть думающими, действующими, обладающими волей существами.

Первые экзистенциалисты среди психологов и психотерапевтов также начали появляться в Европе. К числу наиболее крупных фигур принадлежат Людвиг Бинсвангер, Медард Босс, Виктор Франкл и др. Важно отметить, что влияние экзистенциализма на психологию не ограничилось появлением собственно экзистенциального направления - очень многие психологические школы в той или иной мере ассимилировали эти идеи.

Особенно сильны экзистенциальные мотивы у Э. Фромма, Ф. Перлса, К. Хорни, С. Л. Рубинштейна и др. Это позволяет говорить о целом семействе экзистенциально-ориентированных подходов и различать экзистенциальную психологию (терапию) в широком и узком смысле. В последнем случае экзистенциальный взгляд на человека выступает как хорошо осознаваемая и последовательно реализуемая принципиальная позиция. Первоначально это собственно экзистенциальное направление (в узком смысле) именовалось экзистенциально-феноменологическим или экзистенциально-аналитическим и представляло собой чисто европейский феномен.

Но после Второй мировой войны экзистенциальный подход получил широкое распространение и в США. Причем там в число его наиболее ярких представителей вошли некоторые лидеры третьей, гуманистической революции в психологии (которая, в свою очередь, во многом опиралась на идеи экзистенциализма): Ролло Мэй, Джеймс Бюджентал и др.

Видимо, поэтому некоторые из них, в частности, Дж. Бюджентал предпочитают говорить об экзистенциально-гуманистическом подходе. Как представляется, такое объединение вполне обоснованно и имеет глубокий смысл. Экзистенциализм и гуманизм безусловно, не одно и то же; и название экзистенциально-гуманистический фиксирует не только их нетождественность, но и принципиальную общность, которая состоит прежде всего в признании за человеком свободы построения своей жизни и способности к этому.

Вот важнейшие положения подхода Дж. Бюджентала, который он сам называет жизнеизменяющей терапией:

1. За любыми частными психологическими трудностями в жизни человека лежат более глубокие (и не всегда ясно осознаваемые) экзистенциальные проблемы проблемы свободы выбора и ответственности, изолированности и взаимосвязанности с другими людьми, поиска смысла жизни и ответов на вопросы "Что я есть? Что есть этот мир?" и т. д. В экзистенциально-гуманистическом подходе терапевт проявляет особый экзистенциальный слух, позволяющий ему за фасадом заявленных проблем и жалоб клиента уловить эти скрытые экзистенциальные проблемы и призывы.

В этом и состоит смысл жизнеизменяющей терапии: клиент и терапевт совместными усилиями пытаются помочь первому понять способ, которым он отвечал на экзистенциальные вопросы своей жизни, и пересмотреть некоторые из ответов таким образом, чтобы сделать жизнь клиента более аутентичной и более полноценной.

2. Экзистенциально-гуманистический подход основывается на признании человеческого в каждом человеке и изначальном уважении к его уникальности и автономии. Это также означает осознание терапевтом того, что человек в глубинах своей сущности безжалостно непредсказуем и не может быть познан до конца, так как сам может выступать источником изменений в собственном бытии, разрушающих объективные предсказания и ожидаемые результаты.

3. В центре внимания терапевта, работающего в экзистенциально-гуманистическом подходе, находится субъективность человека, та, как говорит Дж. Бюджентал, внутренняя автономная и интимная реальность, в которой мы живем наиболее искренне. Субъективность - это наши переживания, стремления, мысли, тревоги - все, происходящее внутри нас и определяющее то, что мы делаем вовне, а главное - что мы делаем из того, что там с нами случается. Субъективность клиента и есть главное место приложения усилий терапевта, а его собственная субъективность главное средство помощи клиенту.

4. Не отрицая большого значения прошлого и будущего, экзистенциально-гуманистический подход ведущую роль отводит работе в настоящем с тем, что в данный момент действительно живет в субъективности человека, что актуально здесь и теперь. Именно в процессе непосредственного проживания, в том числе, и событий прошлого или будущего могут быть услышаны и полноценно осознаны экзистенциальные проблемы.

5. Экзистенциально-гуманистический подход задает скорее определенную направленность, фокус осмысления терапевтом происходящего в терапии, нежели определенный набор техник и предписаний. По отношению к любой ситуации можно занять (или не занять) экзистенциальную позицию. Поэтому этот подход отличается разнообразием и богатством используемых психотехник, включая даже такие, казалось бы, нетерапевтичные действия как совет, требование, инструктаж и т. д.

Таким образом, основными предметами анализа в экзистенциально-гуманистическом подходе выступают: высшие ценности, самоактуализация личности, творчество, любовь, свобода, ответственность, автономия, психическое здоровье, межличностное общение. Лечебными факторами в работе психотерапевта являются, прежде всего, безусловное принятие клиента (недаром один из основных подходов называется Person Centered Psychotherapy), поддержка, эмпатия, внимание к внутренним переживаниям, стимулирование осуществления выбора и принятия решений, подлинность.

Экзистенциально-нуманистический подход в психотерапии помогает найти себя, улучшить качество жизни, восстановиться после психологических травм или насилия, справиться с зависимостями, избавиться от психосоматических заболеваний, преодолеть непонимание в отношениях с близкими.

Представители этого направления в психотерапии склонны видеть человека существом прирожденно активным, борющимся, самоутверждающимся, повышающим свои возможности, с почти безграничной способностью к позитивному росту. Одно из базовых убеждений гуманистически ориентированных специалистов заключается в том, что каждый человек содержит в себе потенциал выздоровления. При наличии определенных условий, человек может самостоятельно и в полной мере реализовать этот свой потенциал.

Поэтому усилия  психотерапевта направлены на личностный: рост пациента, а не просто на лечение болезни, на создание благоприятных условий для реинтеграции личности в процессе терапевтических встреч. Терапевтической целью является достижение максимальной осведомленности или более высокого состояния сознания, при котором, согласно Мею (May R., 1958), “быть осведомленным о своем предназначении в мире в то же самое время означает быть предназначенным для этого”.

Представители гуманистического направления используют такие широкие понятия, как самоопределение, творчество, подлинность, и методологию, стремящуюсяк максимальной интеграции ума, тела и души человека при отсутствии или нарушении его целостности. Патология понимается как уменьшение возможностей для самовыражения, как результат блокирования, подавления внутренних переживаний или потери соответствия им.

Невротическая личность рассматривается как страдающая от подавления и фрагментации, а невроз — как основной, универсальный, приводящий к отчаянию результат отчуждения индивидуума от себя, своего общества (или мира). По Маслоу (Maslow А. Н., 1970), патология — это ослабление человека, потеря или пока еще неосуществленность человеческих возможностей. Таким образом, болезнь, включающая все обычные психиатрические понятия, и здоровье располагаются на континууме: кем человек стремится быть — кем он может стать.

При рассмотрении терапевтического процесса (процесса изменений) интеллектуальные знания заменяются эмоциями и переживаниями, акцент на “там и тогда” отдаленного прошлого переносится на “здесь и теперь” непосредственного настоящего. Переживание (как приобретение опыта) является скорее чувственным, чем познавательным или вербальным процессом, происходящим в непосредственном настоящем, являющимся субъективным и незаметным (для окружающих), а также безоговорочно значимым (хотя позднее необязательно остается таковым) и служащим средством для концептуализации.

Согласно Гендлину (Gendlin Е. Т., 1961), “терапевтические изменения являются результатом процесса, в котором несомненно значение осведомленности, интенсивного чувствования, точно направленного и измененного, даже без словесного выражения”. Терапевтические изменения через переживания обычно происходят с помощью реальных, конгруэнтных межличностных взаимоотношений между пациентом и психотерапевтом.

В отличие от психотерапии динамического направления, психотерапевт не касается здесь прошлого пациента, диагноза, не стремится к инсайту, интерпретации, не рассматривает чередование переноса и контрпереноса, не указывает целей, не является директивным или конфронтирующим, навязывающим свое мнение пациенту в форме наставлений или решающих проблему предпочтений. Психотерапевты школы Роджерса и классического экзистенциализма имеют, по сути, вербальные взаимоотношения с пациентом.

Другие школы в гуманистическом направлении в психотерапии часто невербальны в своем подходе. Они (например, гештальттерапия) видят сверхинтеллектуализацию как часть проблемы пациента, т. е. проявление защиты против переживаний и чувств, и не принимают ее в качестве терапевтического приема. Психотерапевты пытаются сосредоточить активность на рефлексии, предпочитают действие слову или, как минимум, комбинируют действие с интроспекцией.

Их цель заключается в развитии осведомленности пациента о телесных ощущениях, позах, напряжении и движениях с акцентом на соматических процессах. Основной упор делается на усилении, побуждении пациента. Приемами, выражающими самопереживания в таких школах, является сочетание прямой конфронтации с драматизацией, т. е. разыгрывание ролей, переживание Фтазий в терапевтической обстановке.

В гуманистическом направлении в психотерапии делается также попытка объединить ум, тело и душу путем фокусировки на духовном измерении, что осуществляется в основном методами медитации. Считается, что состояние конечного глубокого отдыха позволяет выходить за пределы мира индивидуального Я. В болыпинстве методов тренировки воли и внимания центральной является сосредоточенность на специальном произнесении слов или мантр, что, например, служит основанием для возникновения состояния без Я или трансцендентального состояния, не сосредоточенного на Я.

В рамках данного подхода мы рассматриваем следующие направления психотерапии:

Статья составлена по материалам книг и электронных изданий: 
  1. Статья Братченко С.Л. – Экзистециально-гуманистический подход в психологии и психотерапии >>> 
  2. О гуманистическом подходе в библиотеке на сайте «Путь любви» >>>
наверх