Логин
Пароль
вход
  Запомнить
Забыли пароль? Регистрация

Практика

Основы практической тренировки 

Тренировка ума. Воспитывать ум в известном направлении значит упражнять его до некоторой степени вообще, т.к. каждое заранее обдуманное упражнение организует мысле-вещество, из которого состоит ментальное тело, и пробуждает в нем в то же время некоторые из способностей Познающего. Развившуюся способность можно направить к какой угодно цели и воспользоваться ею для каждой поставленной перед собой задачей.

Развитый ум может быть применен и к совершенно чему-нибудь новому, он быстро овладеет предметом и преодолеет его, что для неразвитого ума было бы недоступно. В этом — значение ментального восприятия. Но надо помнить, что воспитание ума состоит не в загромождении его фактами, но в выявлении его скрытых способностей. Ум развивается не от переполнения его мыслями других, но от упражнения собственных способностей.

Говорят о Великих Учителях, стоящих во главе человеческой эволюции, что Они знают всё, что существует в нашей солнечной системе. Но это не значит, что всё происходящее постоянно в мире представляется Их Сознанию. Они развили в Себе настолько аспект познания, что когда Они направляют Свое внимание, Они тотчас же постигают тот предмет, на который оно направлено.

Эта способность настолько важнее скопления в уме известного числа фактов, насколько важнее, например, видеть все предметы собственными глазами, чем, будучи слепым, знать их только по описанию других. Развитие ума измеряется не количеством образов, которые он заключает в себе, а той силою, с которой он может воспроизвести в себе всё, что бы ни было явлено перед ним. Эта сила будет равно полезна, как в этом, так и в каждом другом мире, и раз она приобретена, она будет всегда нашей, где бы мы ни были.

Общение с высшими, со старшими. Работа воспитания ума может быть очень облегчена общением с лицами более высоко развитыми, чем мы сами. Мыслитель более сильный, чем мы, может помочь нам существенным образом, т.к. он высылает вибрации более высокого порядка, чем те, которые способны создать мы. Лежащий на земле кусок железа не может сам по себе начать высылать вибрации теплоты, но если бы этот же кусок положить около огня, то он может ответить на вибрации теплоты, высылаемые огнем и вследствие этого нагреется сам.

То же происходит и с нами, когда мы приходим в близкое соприкосновение с сильным мыслителем; его вибрации начинают действовать на наше ментальное тело и производят в нем соответственные вибрации. И на время мы чувствуем, что наши умственные силы увеличились и что мы можем теперь схватить идеи, которые раньше от нас ускользали. Но когда мы остаемся опять одни, мы видим, что эти же самые идеи стали снова смутными и как будто расплывчатыми. Можно прослушать и умственно проследить доклад, совершенно ясно понимая в то время излагаемые в нем идеи.

И уйти удовлетворённым, чувствуя, что сделал ценный вклад в свои познания. На следующее утро, желая поделиться с товарищем приобретённым накануне знанием, человек найдёт к своему глубокому огорчению, что не может изложить идеи, которые казались вчера такими ясными и понятными. Он нетерпеливо воскликнет: "Но я уверен, что я знаю это, я только не могу передать". Такое чувство получается от воспоминания вибраций, испытанных и ментальным телом, и самой Дживой. Осталось сознание, что идеи были схвачены, их формы созданы, и чувство, что раз они были уже созданы, то воспроизведение их должно бы быть легко.

Но накануне были могучие вибрации более сильного мыслителя, которые и отлили формы, схваченные нашим ментальным телом; они создались внешним, а не внутренним влиянием. Чувство бессилия, испытываемое нами при попытке воспроизвести их, означает, что такое образование должно быть проделано несколько раз, пока не явится сила, которая будет в состоянии воспроизвести эти формы самостоятельными вибрациями.

Познающий должен вибрировать таким высшим способом несколько раз, чтобы быть в состоянии воспроизвести эти вибрации по своей воле. В силу присущей ему природы, Познающий, может развить в себе эту способность свободно воспроизводить их, если он неоднократно будет соприкасаться с вибрациями высшего порядка. Сила обоих Познающих одна и та же, только один развил её, а в другом она находится в скрытом состоянии.

Эта сила выходит из своего скрытого состояния через соприкосновения с аналогичной ей, уже действующей силой, и таким образом, более сильный ускоряет эволюцию более слабого. В этом-то и заключается одно из ценных свойств общения с людьми более продвинутыми, чем мы сами. Мы выигрываем от контакта с ними и растём под их стимулирующим влиянием. Таким образом, истинный учитель больше помогает своим ученикам одним своим присутствием, чем обращенными к ним словами. Самым действительным средством для такого влияния является непосредственное личное общение.

А при невозможности такового или кроме него, может быть много приобретено и чрез посредство книг, если они разумно подобраны. Читая книгу великого писателя, можно попытаться на время привести себя в негативное или восприимчивое состояние, чтобы принять столько его мысленных вибраций, сколько возможно. Читая слова, мы можем задержаться на них, взвесить их, постараться постигнуть и прочувствовать ту идею, которую они выражают в частности, и уловить их сокровенную связь. Наше внимание должно быть сосредоточено на том, чтобы проникнуть в мысль писателя, которая скрывается за завесой слов.

Подобное чтение имеет воспитательное значение и ускоряет нашу ментальную эволюцию. Обыкновенно чтение служит нам приятным времяпровождением, может обогатить наш мозг ценными фактами и таким косвенным образом быть нам полезно. Чтение же, подобно вышеописанному, является двигателем нашей эволюции и потому оно не должно быть упущено из виду теми, которые стремятся развить себя, чтобы быть в состоянии помогать другим.

Сосредоточение. Немногому приходится уделять ученику, приступившему к тренировке своего ума, столько сил, как сосредоточению. В ранние периоды деятельности ума прогресс зависит от степени его подвижности, живости, восприимчивости, к впечатлениям, получаемым от чередующихся ощущений. В этот период гибкость составляет самое ценное качество и необходимым условием прогресса является внимание, постоянно обращенное на внешний мир.

В этот период, когда ум собирает материалы для мышления, чрезмерная подвижность является его преимуществом, и в течение многих, многих жизней ум развивается, благодаря этой живости, возрастающей от упражнения. Внезапная остановка этой привычки разбегаться во все стороны, принуждение к сосредоточению внимания на одном каком-нибудь пункте — такая перемена, конечно, влечет за собой потрясение, и мысль порывисто мечется из стороны в сторону, подобно необъезженной лошади, впервые почувствовавшей удила.

Ментальное тело принимает очертание объектов, на которые обращено наше внимание. Патанджали говорит о прекращении изменений мыслящего начала, т.е. об остановке этих вечно меняющихся воспроизведений предметов внешнего мира. Прекратить вечно меняющиеся превращения ментального тела и удержать его на одном определенном образе и составляет сосредоточение, поскольку оно касается формы. Постоянное направление внимания на эту форму, с тем, чтобы воспроизвести её в совершенстве внутри себя — есть сосредоточение, поскольку оно касается Познающего.

В сосредоточении сознание удерживается на одном образе, всё внимание Познающего направлено на одну точку без колебания и уклонения. Воля останавливает мысль, которая постоянно перебегала с одного предмета на другой, привлекаемая внешними предметами, и в быстрой последовательности — поочередно принимала их очертание; она её обуздывает и принуждает удержать одно определённое очертание, один образ, отстраняя от себя все другие впечатления, продолжающие действовать на неё.

Когда ум, таким образом, останавливается на одном очертании, и Познающий неуклонно его созерцает, то он получает гораздо более совершенное познание предмета, чем он мог бы приобрести от какого-нибудь словесного его описания. Например, наше представление о картине или о пейзаже будет гораздо полнее, если мы их сами увидим, чем если бы мы только прочли о них или слышали бы их описание.

Не надо забывать, что сосредоточение не есть состояние пассивности, а напротив — это напряжённая и урегулированная деятельность. Оно, в мире ментальном, напоминает сокращение мускулов для прыжка в мире физическом, или сильное напряжение их с тем, чтобы выдержать длительный напор. И действительно, это умственное напряжение у начинающих всегда сопровождается и соответствующим физическим напряжением и за ним следует физическая усталость — утомление мускулов, а не одной только нервной системы.

Подобно тому, как внимательное рассматривание известного предмета дает нам возможность различить детали, незаметные при беглом взгляде, так и сосредоточение умственное позволяет нам изучить детали какой-нибудь идеи.

А по мере возрастания напряженности сосредоточения, мы воспринимаем, в тот же промежуток времени — гораздо больше, чем при обыкновенном мышлении; точно также, как человек бегущий увидит большее количество предметов в продолжении одной минуты, чем человек идущий размеренным шагом. Для того, чтобы шагом пройти мимо двадцати предметов, человек израсходует совершенно такое же количество мышечной энергии, как и тот, кто бежит мимо них, но более быстрое излияние энергии соответствует меньшему количеству времени, употребленному на пробег.

При начале сосредоточения приходится преодолевать два затруднения. Во-первых, надо достигнуть полного отрешения от впечатлений, всё время действующих на ум извне. Нельзя позволять ментальному телу реагировать на эти соприкосновения и преодолеть его склонность отзываться на них, а это требует устремления внимания, отчасти, и на самый процесс сопротивления, но когда эта склонность реагировать будет преодолена, то и само сопротивление прекратится.

Необходимо совершенное равновесие, не сопротивление, не подчинение, а твердое спокойствие, достаточно сильное для того, чтобы волны, идущие извне, не могли бы иметь никакого влияния, даже такого второстепенного, как сознание присутствия чего-то такого, чему нужно сопротивляться.

Во-вторых, сам ум должен на некоторое время удерживать лишь один образ — объект сосредоточения; он должен не только не изменяться в ответ на внешние впечатления, но должен, кроме того, прекратить свою собственную внутреннюю деятельность, посредством которой он постоянно перетасовывает свое содержимое, размышляя над ним, устанавливая новые отношения и открывая скрытые сходства и различия. Теперь он должен устремить свое внимание на один лишь предмет, остановиться на нем одном.

Ум, конечно, не прекращает своей деятельности, но мысль, направленная в узкое русло и имеющая тот же первоначальный импульс, опрокинет преграду. Отсюда и важность "заостренности" мысли, на которой постоянно настаивают учителя созерцания. Этим не прибавляется сила ума, но безмерно увеличивается его действенная мощь. Пар, расстилающийся в воздухе, не сдвинет с пути и комара, но если направить его в цилиндр, то тоже самое его количество приведет в движение поршень.

Добиться этого внутреннего спокойствия ума гораздо труднее, чем просто отвлечь его от внешних впечатлений, т.к. здесь мы касаемся и жизни ума во всей её глубине и полноте. Повернуться спиной к внешнему миру легче, чем водворить спокойствие во внутреннем мире в виду того, что этот внутренний мир более отождествлен с "Я", и фактически для большинства людей на нынешней стадии эволюции и представляет "Я".

Но сама попытка успокоить таким путем ум вскоре продвигает нас на шаг вперёд по пути развития нашего сознания; мы вскоре чувствуем, что повелитель и тот, кем повелевают, не могут быть одним и тем же и инстинктивно отождествляем себя с повелителем. "Я" успокою "мой" ум — так говорит сознание, и оно чувствует, что ум принадлежит этому "Я", составляет его собственность.

Это различие растет бессознательно и ученик скоро начинает сознавать некоторую двойственность, присутствие чего-то, что управляет и чего-то, чем управляют. Низший, конкретный ум определяется и "Я" ощущается, как имеющее большую силу, более ясную прозорливость, и развивается сознание, что это "Я" не зависит ни от тела, ни от ума. Таково первое утверждение, т.е. ощущение в нашем сознании истинной, бессмертной природы, интеллектуально уже признанной, как существующей; такое признание, собственно говоря и послужило уже импульсом для самого сосредоточения, получающего таким путем свою награду.

По мере дальнейшего упражнения горизонт всё расширяется, однако как будто вовнутрь, а не наружу, во внутрь — безостановочно и беспредельно. Развивается способность распознания истины с первого же взгляда, но она является только тогда, когда ум, с его медленным процессом рассуждения, будет превзойден (Слово "ум" здесь употребляется в смысле "низшего разума" — ментального тела плюс манас).

Ведь "Я" есть выражение того "Эго", чья природа есть знание, и каждый раз, как оно приходит в соприкосновение с истиной, оно узнаёт правильность её вибраций, способных воспроизвестись в нем и правильность создаваемого ею образа, тогда как ложное вызывает искажённый, непропорциональный образ, самим своим отражением указывающий на своё происхождение. По мере того, как ум принимает всё более и более подчиненное положение, эта способность "Эго" утверждает своё превосходство и интуиция, аналогичная непосредственному зрению на физическом плане, заменяет собой рассудочность, которую можно, пожалуй, сравнить с чувством осязания на физическом плане.

В действительности эта аналогия более тесная, чем может показаться с первого взгляда. Интуиция развивается из рассудочности так же непосредственно и оставляя без изменения сущность природы, как и зрение развивается из осязания. Тут есть большая разница в "способе", но это не должно ослеплять нас относительно правильной последовательности эволюции. Интуиция существа неразумного — это побуждение, рожденное желанием, и такая интуиция ниже, а не выше рассудочности.

Когда ум уже достиг способности сосредоточиваться на одном предмете и может сохранять в течение некоторого времени "заострённость", то следующей стадией будет отрешение от данного предмета, но с сохранением ума в том же положении напряжённого внимания, не останавливая его, однако, ни на чем. В этом состоянии ментальное тело не являет никакого образа; налицо только его собственное вещество, стойкое и неподвижное, не воспринимающее никакого впечатления и находящееся в состоянии совершенного покоя, подобно гладкому озеру.

Такое состояние может продолжаться лишь очень короткое время, подобно "критическому состоянию" в химии — точке соприкосновения между двумя уже познанными и определёнными под-состояниями материи. Иначе говоря, сознание, при успокоении ментального тела, ускользает из него, достигает и проходит "центр Лайя", т.е. нейтральную точку соприкосновения между ментальным телом и телом причинности.

Это прохождение сопровождается мимолетным обмороком или потерей сознания (неизбежное следствие исчезновения из него предметов сознания), за которым следует сознание на высшем плане. Исчезновение предметов сознания, принадлежащих низшим мирам, влечёт, таким образом, за собой появление предметов сознания в высших мирах. Тогда "Эго" может преобразовать ментальное тело согласно высоким видениям иных планов, которые он улавливает в минуту высшего подъёма и таким образом может низвести и распространить идеи, на которые иначе ментальное тело не могло бы отозваться.

Таковы и вдохновенные идеи гениев, что вспыхивают подобно молнии в человеческом уме и ослепительным блеском озаряют целый мир. И сам человек, передающий их миру, едва ли может в своем обыкновенном ментальном состоянии рассказать, каким образом они его озарили; он лишь сознает, что каким то странным образом, что "сила, внутри меня гремящая, оживляет мои уста и руководит моей рукой".

В мире форм — каждая форма занимает определённое место и нельзя сказать — если только можно так выразиться — что она находится на каком-нибудь месте, где её нет; т.е. форма, занимая известное место, находится ближе или дальше от других форм, тоже занимающих определённые места по отношению к её месту. Если она пожелала бы переменить своё место, она должна бы перейти некоторое промежуточное пространство. Это прохождение может быть быстрым или медленным, мгновенным, как вспышка молнии, или тихим, как ход черепахи, но, так или иначе, оно должно быть сделано и занимает известное время, долгое ли, или короткое.

Для сознания же не существует пространства в этом смысле. Оно меняет своё состояние, а не место, охватывает много или мало, познаёт или не познаёт то, что не есть оно само, поскольку оно может отвечать на вибрации этих "Не-Я". Горизонт сознания увеличивается вместе с его восприимчивостью, т.е. с его способностью отзываться и воспроизводить вибрации. Здесь не может быть речи о перемещении, прохождении промежуточного пространства. Пространство принадлежит формам, которые больше всего действуют друг на друга, когда они близко находятся друг от друга и взаимодействие которых уменьшается по мере увеличения расстояния между ними.

Все те, кому удалось достигнуть сосредоточения, сами вновь открывают это несуществование пространства для сознания. Адепт может в своих границах познать всякий предмет, сосредоточиваясь на нем и расстояние совершенно не влияет на подобное сосредоточение. Он познаёт предмет, находящийся, скажем, на другой планете, не потому, что его астральное зрение действует подобно телескопу, но потому, что во внутреннем нашем мире вся вселенная сущность, как одна точка; такой человек достигает сердца жизни и видит в нем все вещи.

В Упанишадах сказано, что внутри сердца есть малая камера, в которой находится "внутренний эфир", сопротяжённый пространству; это — Атма, Эго, бессмертное и беспечальное: "Внутри этой обители пребывают небо и земля; внутри этой обители пребывает огонь и воздух, солнце и луна, молния и звезды, все, существует и всё, что не существует в Этом (во вселенной)". Этот "внутренний эфир сердца" — древнее мистическое наименование тончайшей сущности Я, которое воистину едино и всепроникающе, так что тот, кто сознаёт Я — сознаёт и все точки вселенной.

Наука говорит, что движение каждого тела здесь внизу влияет на отдаленнейшую из звезд, потому что все тела погружены и проникнуты насквозь эфиром, беспрерывной средой, все соединяющей и передающей все вибрации без всякого трения, следовательно, и без потери энергии, и на любое расстояние. Это относится к природе, взятой с точки зрения формы. Как естественно, следовательно, и сознанию — жизненной стороне природы, — тоже быть всепроникающим и всё соединяющим.

Мы чувствуем, что находимся "здесь", потому что получаем впечатления от предметов, окружающих нас. Если же сознание вибрирует так же сильно в ответ на вибрации "отдалённых", как и "близких" предметов, то и мы будем чувствовать себя пребывающими вместе с ними. Если сознание отзовется на происшествие на Марсе также сильно, как и на происшествие в нашей комнате, то между ними для сознания не будет никакой разницы и оно будет чувствовать себя "здесь" одинаково в обоих случаях.

Тут вопрос не в месте, а лишь в степени эволюции восприимчивости. Познающий находится всюду, где на что-нибудь отзывается его сознание и возрастание его способности означает включение в его сознание всего того, на что он может отозваться, всего того, что входит в пределы его вибраций. Здесь опять-таки нам поможет аналогия с физическим миром. Наш глаз видит только те предметы, которые могут сообщить ему световые вибрации, а кроме них он ничего не видит.

Он может отвечать только на известный объем вибраций; все же то, что лежит за пределом его, ниже или выше, для глаза — темнота. Древняя герметическая аксиома "как на верху, так и внизу" служит для нас нитью в окружающем нас лабиринте ввиду того, что, изучая внизу отражение, мы можем познать кое что и о том предмете наверху, который отбрасывает это отражение.

Разница между способностью обладать сознанием во всяком месте и "восхождением" на высшие планы состоит в том, что в первом случае Джива — независимо от того, заключена ли она в свои низшие проводники, или нет — сразу чувствует себя в присутствии "отдаленных" предметов, а во втором случае, облечённая в астральное и ментальное тела, или только в одно ментальное, она быстро переносится от одной точки к другой и сознает это перемещение.

Гораздо более значительная разница заключается в том, что во втором случае Джива может очутиться среди множества предметов, которых она вовсе не понимает; в новом и удивительном мире, смущающем и озадачивающем её, тогда как в первом случае она понимает всё то, что видит и познаёт как жизнь, так и форму. При подобном изучении свет Единого Я проникает всё и приобретается просветлённое знание, которое никогда не может быть достигнуто путём пребывания хотя бы бесконечного числа веков среди необъятного разнообразия форм.

Сосредоточение — это средство, при помощи которого Джива избавляется от оков форм и приобретает мир. "Для того, кто без сосредоточения, нет и покоя мира", говорит Учитель, т.к. мир свил себе гнездо на скале, возвышающейся над бушующими волнами форм.

Поняв теорию сосредоточения, надо приступить к её практике. Для человека, имеющего в себе благоговение, задача значительно облегчается, потому что из предмета своего почитания он может сделать предмет созерцания и вследствие того, что его сердце будет сильно стремиться к этому предмету, и его ум будет на нем останавливаться, он охотно и без всякого усилия изобразит любимый образ, исключив так же легко все остальные представления.

Ум, беспрестанно побуждается желанием, и неизменно служит орудием удовольствия. Он всегда ищет того, что доставляет удовольствие и всегда старается представить себе те образы, которые приносят ему счастье и исключит те, что причиняют ему страдания. Поэтому ум легко останавливается на любимом образе, привлекаемый к этому созерцанию испытываемым им удовольствием, и если его насильно оторвать от него, то он неоднократно будет возвращаться к этому образу.

Набожный человек может очень быстро достигнуть значительной степени сосредоточения. Он будет размышлять о предмете своей молитвы, создавая в воображении, по возможности, ясную картину, образ этого объекта и затем сосредоточивая свой ум на этом образе, на мысли о Любимом. Таким образом, христианин размышляет о Христе, о Богородице, о своем Святом, об Ангеле-Хранителе; Индус — о Махешваре, Вишну, об Уме, о Шри Кришне; Буддист — о Будде, о Боддхисатве; Парс — об Ахура-Мазде, о Митре и т.д.

Каждый из этих объектов вызывает благоговение верующего и то влечение, которое испытывает к ним сердце, заставит ум останавливаться на этом объекте, доставляющем счастье. Таким путем ум сосредоточивается с наименьшим усилием, с наименьшей тратой энергии. Для человека не благоговейного элемент влечения может быть всё-таки использован, как вспомогательное средство, но в этом случае он должен будет остановиться на Идее, а не на Личности.

При первых попытках к сосредоточению надо всегда пользоваться этим средством. Объект, привлекающий не набожных людей, всегда примет форму какой-нибудь глубокой идеи, какой-нибудь возвышенной проблемы; это и должно сделаться предметом сосредоточения, и ум должен быть твердо направлен на него. В этом случае притягательной силою явится умственный интерес, глубокая жажда знания, одна из сильнейших привязанностей человека.

Другая, очень плодотворная форма сосредоточения для того, кто не чувствует влечения к какой-нибудь личности, как к предмету своего благоговения, состоит в том, чтобы избрать какую-нибудь добродетель и сосредоточиться на ней. Подобный объект созерцания может возбудить очень реальный вид благоговения, т.к. он взывает прямо к сердцу, возбуждая любовь к интеллектуальной и нравственной красоте.

Добродетель должна быть представлена в уме в возможно полном виде, и после общего обзора всех её свойств ум должен остановиться на её существенной природе. Этот род сосредоточения имеет то большое вспомогательное преимущество, что по мере того, как ум формируется по образцу добродетели, повторяя её вибрации, эта добродетель сама постепенно становится частью характера и твердо внедряется в него.

Это формирование ума действительно составляет акт само-создания, т.к. ум, по прошествии некоторого времени, сам собой принимает те формы, на которых он останавливался в своем сосредоточении, и эти формы становятся органами его обычного проявления. Воистину, правильно старинное изречение: "Человек есть создание мысли; о чем он думает в этой жизни, тем впоследствии он и становится" (Чхандогья упанишада, III.14.1).

Когда ум отвлекается от предмета своего сосредоточения, благоговейного или интеллектуального — а это будет случаться время от времени — то необходимо его возвращать обратно и направлять на его прежнюю цель. Сначала он, очень часто, незаметно отвлекается и человек вдруг замечает, что думает о чем-то совершенно постороннем, а не о настоящем предмете размышления.

Это будет повторяться неоднократно и нужно терпеливо возвращать ум к его объекту; процесс этот утомителен и скучен, но нет иного метода для приобретения способности сосредоточения. Когда ум бессознательно отклонился от предмета своего сосредоточения, полезно и поучительно бывает заставить его возвратиться назад по тому пути, по которому он следовал в своих отклонениях. Этот процесс дает большую власть всаднику над его убегающим конем и уменьшает его стремление вырваться на волю.

Последовательное мышление, хотя и составляет первую ступень к сосредоточению, не тождественно, однако, с самим сосредоточением, т.к. в последовательном мышлении ум переходит от образа к образу, а не останавливается только на одном представлении. Но ввиду того, что этот способ легче сосредоточения, начинающий может воспользоваться им, для того, чтобы подготовить себя к более трудной задаче.

В конце концов, должен научиться останавливаться на созерцании лишь одного предмета и, будучи неуклонно устремлен на него, не размышлять о нем, а так сказать, вдыхать, вбирая в себя всё его содержание.

Препятствия к сосредоточению. Все те, кто начинают упражняться в сосредоточении, жалуются на то, что попытка сосредоточиться приводит ум в ещё большее беспокойство. До некоторой степени это верно, т.к. закон действия и противодействия функционирует и в данном случае, как всегда и везде, и давление, производимое на ум, влечёт за собой соответственное противодействие. Допуская это, мы всё же утверждаем, исследовать более внимательно этот вопрос, что это "нарастание" беспокойства в значительной степени лишь кажущееся.

Чувство такого нарастания происходит главным образом вследствие борьбы, внезапно завязавшейся между Эго, требующим устойчивости, и умом со свойственной ему подвижностью. В течение длинного ряда жизней Эго было захвачено умом в круговорот его быстрых движений, подобно человеку, постоянно носимому в пространстве на быстро вращающемся земном шаре. Он не сознает этого движения, не чувствует, что земля движется, т.к. он составляет часть её, движущуюся вместе с нею. Если бы он мог отделиться от земли и прекратить свое собственное движение, не будучи разнесённым вдребезги, тогда только он был бы в состоянии осознать, что земля движется с поражающей быстротой.

Пока человек следует за каждым движением ума, он не может сознавать его беспрерывной и беспокойной деятельности, но когда он сам останавливается, прекращает движение, тогда он начинает чувствовать неустанную подвижность ума, которой он до сих пор подчинялся. Если начинающий знает это, он не придет в уныние, натолкнувшись в самом начале своих попыток на эти затруднения, но будет спокойно продолжать свою работу. Ведь это является лишь повторением опыта, испытанного Арджуной пять тысяч лет тому назад:

"Для этой Йоги, которая, как Ты сказал, достигается чрез равновесие, о убийца Мадху, я не вижу устойчивого начала, вследствие непрестанного беспокойства; т.к. ум истинно мятежен, о Кришна! Он — порывист, энергичен и его трудно покорить; полагаю, что его так же трудно обуздать, как и ветер". И до сих пор ещё верен ответ, указывающий единственный путь для успеха: — "Немомненно, о Сильно-вооружённый, ум — трудно сдерживаем и беспокоен; но он может быть обуздан постоянным упражнением и беспристрастием" (Бхагавад-гита, VI, 35-36).

Ум, привыкший к сосредоточению, всегда сохраняет известную положительность и нелегко поддаётся действию назойливых пришельцев. Все, занимающиеся воспитанием своего ума, должны находиться в состоянии неусыпной бдительности относительно тех мыслей, которые "приходят на ум" и должны делать между ними постоянный выбор. Отказ принять дурные мысли, быстрое их изгнание, если они уже вторглись и немедленное замещение дурной мысли хорошею противоположного характера, — вот работа, в которой ум через некоторое время так приспособляется, что вскоре действует уже автоматически, отталкивая дурное по собственному побуждению.

Гармонические и ритмические вибрации отстраняют негармонические и неправильные; они отлетают от ритмически вибрирующей поверхности, как камень, толкнувшийся о быстро вращающееся колесо. Живя среди постоянного тока мыслей, хороших и дурных, мы должны развить в нашем уме способность выбирать так, чтобы хорошее притягивалось, а дурное отстранялось автоматически.

Ум подобен магниту, он привлекает и отталкивает, и характер его притяжений и отталкиваний может быть установлен нами самими. Если мы понаблюдаем за мыслями, которые приходят в наш ум, мы заметим, что они носят характер тех дум, которые мы обыкновенно в себе поощряем. Ум притягивает те мысли, которые соответствуют его нормальной деятельности. Но если мы в течение некоторого времени сознательно будем производить выбор, то ум станет скоро выбирать самостоятельно, следуя по уже начертанному пути; и таким образом дурные мысли не проникнут в ум, тогда как хорошие всегда найдут двери его открытыми.

Если мы боремся против чего-нибудь, то та самая сила, против которой мы боремся, производит соответственное противодействие и тем усложняет наш труд; между тем, как устремление ментального зрения на образ противоположного характера произведёт спокойное удаление первой из нашего кругозора.

Многие теряют целые годы в борьбе с нечистыми мыслями, между тем как спокойное занятие ума чистыми не оставило бы места для дурных; больше того, ум, привлекая к себе вещество, не отзывающееся на дурное, становится сам постепенно положительным и невосприимчивым к такого рода мыслям. Вот секрет правильной восприимчивости; ум отзывается на всё соответственное его составу; на всё, что носит одинаковый с ним характер.

Мы делаем его положительным относительно дурного, отрицательным относительно хорошего тем, что приучаем себя самих думать хорошо, делая, таким образом, его вещество восприимчивым к хорошему и невосприимчивым к дурному. Мы должны думать о том, что желали бы воспринять и отказаться думать о том, чем не хотели бы проникнуться.

Подобный ум привлекает к себе хорошие мысли из окружающего его океана мыслей, отталкивает дурные и, таким образом, становится всё чище и сильнее среди тех же самых условий, которые другого человека будут делать нечистым и слабым. Метод замещения одной мысли другою может быть использован с успехом в разных случаях. Если в уме появится неприязненная мысль о каком-нибудь человеке, она должна быть немедленно заменена мыслью о добродетели, которою обладает тот человек, или о каком-нибудь совершенном им хорошем поступке.

Если ум обуреваем беспокойством, надо направить его на мысль о смысле жизни, о Благом Законе, "властно и кротко всё устрояющем". Если какая-нибудь особенно нежелательная мысль настойчиво вторгается, тогда важно пустить в ход и особое оружие; надо найти какой-нибудь стих или изречение, содержащие идею противоположного характера и каждый раз, когда досадная мысль прокрадывается в ум — повторять их и размышлять над ними. По прошествии недели или двух надоедливая мысль перестает беспокоить.

Опасности сосредоточения. Существуют некоторые опасности, соединенные с упражнением в сосредоточении, о которых необходимо предупредить начинающих. Многие идут слишком поспешно и вместо того, чтобы облегчить свою работу, создают себе преграды. Тело может пострадать вследствие неведения и небрежности упражняющегося.

Когда человек сосредоточивает ум, тело его принимает напряженное положение и он этого не замечает, это происходит бессознательно с его стороны. Это влияние ума на тело замечается во многих незначительных случаях; усилие вспомнить заставляет нас наморщить лоб, устремить глаза в одну точку, а брови насупить; напряженное внимание сопровождается пристальным взглядом, беспокойство — горячим, тревожным взглядом. В течение веков за работой ума всегда следовала работа тела, ум был всецело направлен на удовлетворение потребностей тела, через физические усилия последнего, и таким образом установилась эта ассоциация между ними, действующая автоматически.

Когда начинают сосредоточиваться, то тело, согласно сложившейся привычке, следует за умом и в то время, когда напрягаются нервы — напрягаются и мышцы; отсюда громадное физическое утомление, мышечное и нервное истощение, а после сосредоточения часто появляются острые головные боли и некоторые, полагая, что эти болезненные последствия неизбежны, готовы уже бывают отказаться от сосредоточения.

На самом же деле их легко избежать простою предосторожностью. Нужно время от времени прерывать свое сосредоточение, чтобы заметить, в каком положении находится тело, и если оно напряжено, натянуто или судорожно сокращено, нужно ослабить его напряженность; если это проделать несколько раз, то связь их взаимодействия будет прервана и в то время, когда ум будет сосредоточиваться, тело будет оставаться гибким и спокойным. Патанджали говорил, что положение тела во время созерцания должно быть "удобным и приятным"; своим напряжением тело не может помочь уму, а только повредить себе.

Медитация. Мы, собственно говоря, уже разъяснили выше, что такое созерцание, т.к. оно ничто иное, как утвердившееся положение ума, сосредоточенного на объекте благоговения или на проблеме, требующей освещения, чтобы быть постигнутой, или на чем-нибудь, из чего надлежит извлечь и усвоить скорее жизнь, чем форму. Пока, хотя бы до некоторой степени, вы не овладеете сосредоточением, созерцание не может быть осуществлено.

Сосредоточение не есть цель, а лишь средство для достижения её; оно создает из ума орудие, которое может быть использовано по желанию владельца. Когда уже сосредоточенный ум, обращен исключительно на один предмет, имея в виду проникнуть в его покровы и достигнуть жизни предмета, чтобы соединить эту жизнь с той, к которой принадлежит ум — тогда только осуществляется созерцание.

Сосредоточение можно рассматривать, как созидание орудия; созерцание — это его применение. Ум приобрел "заостренность"; тогда он направляется и твёрдо устанавливается на каком-нибудь предмете, который требуется познать.

Каждый человек, решивший вести духовную жизнь, должен ежедневно некоторое время посвящать созерцанию. Бог проявляется в своей вселенной в бесчисленных формах; в глубине же человеческого сердца Он проявляет Своё Бытие и Природу, открываясь тому, кто есть частица Его Самого. В этой тишине покой, крепость и сила наполняют душу, и созерцательный человек всегда самый сильный в этом мире.

Лорд Розбери, говоря о Кромвеле, назвал его "практическим мистиком" и сказал, что практический мистик — это величайшая сила в мире. И это верно. Сосредоточенный разум, способность изолировать себя от суеты, проявляются в безмерном нарастании энергии во время работы, в стойкости, самообладании, в спокойствии. Человек созерцания никогда не тратит напрасно времени, не расточает энергии, не упускает удобного случая. Такой человек управляет событиями, т.к. внутри его живут те силы, внешним выражением которых являются события; он участвует в божественной жизни, следовательно, обладает и божественной силой.

Укрепление силы мысли. Верно древнее изречение: "Цель философии — положить конец страданию". Мы должны заниматься развитием, а затем применением уже развитой силы мысли на пользу всех окружающих нас, как живых, так и тех, кого мы называем мёртвыми, дабы ускорить, таким образом, человеческую эволюцию и продвинуть также и нашу собственную. Сила мысли может быть увеличена только постоянным и настойчивым упражнением; мускульное развитие зависит от упражнения тех мускулов, которыми мы уже обладаем, так точно и ментальное развитие зависит от упражнения ума, которым мы уже владеем.

Таков закон жизни, что рост является результатом упражнения. Жизнь — наше Высшее Я — постоянно стремится проявиться всё полнее и полнее во внешнем мире чрез посредство той формы, в которую оно заключено. Его давление на форму, происходящее от упражнения, заставляет последнюю расширяться и новый материал вносится в форму, придавая, таким образом, устойчивость расширенной части. Когда мускул напряжён, его жизненность увеличивается, клетки умножаются и мускул, таким образом, увеличивается.

Когда ментальное тело вибрирует под действием мысли, новый материал проникает в него из ментальной атмосферы и оно, таким образом, увеличивается в размере и становится более сложным в своём составе. При постоянном упражнении ментальное тело растет независимо от того, хорошие ли или дурные мысли вводятся в него. Количество мыслей определяет рост тела, качество их - род того вещества, которое вводится при этом росте.

Клеточки серого вещества физического мозга умножаются вследствие упражнения мозга в мышлении. Посмертные вскрытия показали, что мозг мыслителя не только больше и тяжелее мозга пахаря, но и представляет более значительное количество извилин. А эти извилины увеличивают значительно поверхность серого нервного вещества, представляющего из себя непосредственное физическое орудие мысли.

Итак, ментальное тело, как и физический мозг, увеличиваются путём упражнения, и желающие их улучшить и развить должны практиковать правильную ежедневную медитацию с сознательной целью усовершенствовать свои ментальные способности. Излишне прибавлять, что силы, присущие Познавателю, благодаря этим упражнениям, тоже развиваются быстрее и всё интенсивнее действуют на проводники.

Чтобы упражнение могло привести к полному успеху, необходимо, чтобы оно исполнялось регулярно. Надо выбрать интересную книгу, написанную вполне компетентным автором и содержащую новые и сильные мысли. Следуя медленно прочесть одно или несколько предложений, а затем напряженно и тщательно продумать прочитанное.

Хорошее правило - употреблять на обдумывание вдвое более времени, чем на чтение, т.к. цель чтения составляет не приобретение только новых идей, но укрепление мыслительных способностей. Следует назначить для этого полчаса, а для начала достаточно и четверти часа, т.к. неослабное внимание сначала окажется немного утомительным. Каждый, кто примется за подобное упражнение и будет исполнять его регулярно в течение нескольких месяцев, к концу этого времени ощутит явственное увеличение ментальной силы и способен будет разрешать обыкновенные жизненные задачи с гораздо большим успехом, чем раньше.

Природа - справедливый плательщик: она каждому платит по заслугам, но ни полушки больше. Кто желает получить награду от увеличивающейся способности мыслить, должен заслужить её напряжённой работой.

Задача эта - двойная. С одной стороны - извлекаются силы Сознания, с другой - развиваются те формы, посредством которых проявляется Сознание; и первый из этих пунктов никогда не должен забываться. Многие люди признают ценность точного мышления, поскольку оно воздействует на мозг, но надо помнить, что источником каждой мысли является несотворенное и бессмертное Высшее Я, и что поэтому они только извлекают то, чем уже обладают.

В них живёт всякая сила и они должны только научиться пользоваться ею, ввиду того, что божественное Я - корень жизни, а познание - аспект этого Я - живет в каждом из нас, постоянно ища случая для своего более полного проявления. Сила - несотворенная, вечная - живет внутри каждого человека; форма созидается и изменяется, но жизнь - это Высшее Я человека, и способности его безграничны. Эта сила внутри нас, по словам А. Безант, есть та самая сила, которая создала вселенную; это - сила божественная, а не человеческая, она - часть жизни Логоса и неотделима от Него. Но больше всего надо помнить, что для непрерывного роста обязательна регулярность упражнений.

Работа над беспокойством. Правильно говорят, что люди стареют больше от беспокоящих их мыслей, чем от работы. Работа, если она не чрезмерна, не приносит вреда мыслительному аппарату; наоборот, она укрепляет его. Но ментальный процесс, известный под именем "беспокойства", очень определенно вредит ему, производя через некоторое время нервное истощение и раздражительность, которые делают длительные умственные занятия невозможными.

Что такое "беспокойство"? Это — постоянное повторение одного и того же ряда мыслей (с незначительными изменениями), не приводящего ни к какому результату и даже не стремящегося к достижению его. Это — непрерывное воспроизведение мыслеформ, зачатых не в сознании, а в ментальном теле и мозгу и навязанных ими сознанию. Как переутомленные мускулы не могут быть спокойны, а тревожно двигаются даже против воли, так и утомленное ментальное тело и мозг всё повторяют вибрации, которые их изнурили и Мыслитель тщетно пытается их успокоить.

Здесь мы снова встречаемся с автоматической деятельностью, выражающейся стремлением двигаться в том направлении, в котором движение уже совершалось. Автоматизм ментального тела и мозга, эта склонность повторять раз уже произведённые вибрации, могут быть использованы и для искоренения бесплодного повторения мыслей, причиняющих страдание. Когда течение одной мысли проложило уже себе русло, мыслеформу, то новые течения мысли захотят следовать по тому же пути, как по линии наименьшего сопротивления.

Мысль, причиняющая страдание, легко появляется вновь под влиянием страха; точно так же как мысль, доставляющая удовольствие, появляется под влиянием стремления к удовольствию. Ментальное тело и мозг, не занятые какой-нибудь непосредственной работой, склонны повторять формы и устремлять ни к чему не примененную энергию в уже подготовленное русло.

Может быть, наилучшим способом для уничтожения такого "русла беспокойства" является созидание другого русла, диаметрально противоположного характера. Такого рода русло можно создать, как мы уже раньше говорили, посредством определённой, настойчивой и точной мыли. Каждый человек, страдающий от "беспокойства", должен утром уделить три-четыре минуты размышлению над какой-нибудь высокой и ободряющей его мыслью, например: "Моё Я — есть Покой, Я есмь это Я, Моё Я — есть Сила; Я есмь это Я".

Пусть он размышляет о том, что в своей глубочайшей сущности, он составляет единое с Отцом Всевышним; о той своей сущности, в которой он бессмертен, неизменен, свободен от всякого страха, чист и силен. Пусть он размышляет о тех тленных одеждах, в которые он облачен и которые так чувствительны к уколам страдания, к грызущему душевному беспокойству и о том заблуждении, которое он делает, принимая их за самого себя. И когда он будет так размышлять, мир снизойдёт на него и он почувствует себя в своей настоящей, свойственной ему атмосфере.

Если он будет делать это каждый день, то эта мысль скоро проложит собственное русло в ментальном теле и в мозгу, и в непродолжительном времени, когда ум будет свободен от какой-либо работы, мысль о "Я, которое есть Покой и Сила", появится самопроизвольно и обовьет ум своими крыльями даже среди мирской суеты. Ментальная энергия естественным образом потечёт в это русло и беспокойство отойдёт в область прошлого.

Другой способ состоит в приучении ума полагаться на Благой Закон, укореняя, таким образом, чувство довольства. Человек проникается мыслью, что всё происходит в силу Закона и что ничего нет в жизни случайного. Достичь до нас может лишь то, что исходит от Закона, какова бы ни была рука, видимым образом осуществляющая его влияния. Ничто не может причинить нам зла, если мы его не заслужили, если оно не вызвано нашими прежними желаниями или поступками. Ничто не может обидеть нас, не будучи орудием Закона, взыскующего следуемое с нас. Даже в том случае, когда предчувствие горя или заботы охватывает наш ум, ему следует встретить их спокойно и примириться с ними.

Острота боли утихает, когда мы покоряемся решению Закона, чего бы это не касалось. И это нам сделать будет ещё легче, если мы будем помнить, что Закон действует в целях нашего освобождения, и, хотя Он причиняет нам страдание, это страдание — путь к счастью. Каждая боль, в каком бы виде она ни явилась, клонится в конце концов к нашему благополучию, разрывая оковы, которые держат нас привязанными к вечно вращающемуся колесу рождений и смертей. Когда эти мысли будут усвоены, ум перестанет предаваться беспокойству; потому что когтям беспокойства не под силу пробить щит Мира.

Остановка мышления. Много силы можно приобрести, если научиться не только думать, но и прекращать мышление по собственной воле. Пока мы думаем, мы должны весь наш ум обратить на мысли и стараться думать изо всех сил. Когда же работа мысли окончена, мысль должна быть отброшена "совершенно" и нельзя дозволять ей бесцельно носиться, то касаясь нашего ума, то оставляя его, подобно лодке, бьющейся о скалы. Человек приводит машину в действие лишь тогда, когда надо исполнить какую-нибудь работу, а не расходует её сил напрасно. Ментальной же силе, имеющей неизмеримую ценность, позволяют работать и тратить энергию без всякой цели и пользы.

Научиться прекращать мышление, предоставляет уму отдых, составляет приобретение большой важности. Как усталые члены во время отдыха восстанавливают свои силы, так и утомленный ум обретает силы в состоянии покоя. Постоянное мышление — это постоянные вибрации; а постоянные вибрации - это постоянное расходование. Такая бесполезная трата энергии влечет за собой истощение и преждевременное разрушение, но человек может сохранить и ментальное тело, и мозг, если научиться прекращать мышление, когда мысль не направлена ни на какую определённую цель.

"Прекращение мышления" - дело не лёгкое. Быть может оно даже гораздо труднее самого процесса мышления. До полного установления этой способности, надо упражняться в "прекращении мышления" только на очень короткие промежутки времени, т.к. для того, чтобы удержать ум в покое, требуется значительный расход энергии. После того, как практикующий серьезно размышлял, надо отбросить мысль, а если она стремится возвратиться - надо отвлечь от неё внимание.

Надо обязательно отворачиваться от каждой самозванной мысли; в случае надобности, вообразить себе пустоту, как шаг к спокойствию, и попытайться сознавать лишь тишину и темноту. Работа в этом направлении будет становится всё яснее и яснее, если она будет настойчива, а приобретение ощущение покоя и тишины поощрит вас в вашей настойчивости.

Надо помнить, что приостановка мысли, обращенной к внешней деятельности, является необходимым предварительным условием для работы на высших планах. Когда мозг научился уже пребывать в покое, когда он больше не возобновляет постоянно несвязные образы своей прошлой деятельности, тогда только для Сознания открывается возможность свободно действовать на своем собственном плане. Тот, кто хочет сделать этот смелый шаг в течение своей настоящей жизни, должен научиться прекращать мышление, потому что только тогда, когда "изменения мыслящего начала" прекратятся на низшем плане, может быть достигнута свобода (действия) на высшем.

Другой способ предоставления покоя ментальному телу и мозгу - и способ более лёгкий, чем прекращение мышления - состоит в перемене мысли. Человек, серьёзно и напряженно думающий в одном каком-нибудь направлении, должен иметь и другой объект для мышления, отличный насколько возможно от первого, к которому он мог бы направить свой ум для отдохновения.

Тайна успокоения ума. Во всём том, что уже нами рассмотрено, мы нашли указания на кое-какие способы, посредством которых можно достичь успокоения ума. Но основным условием для него является ясное сознание и понимание нашего места во вселенной.

Мы составляем часть одной великой Жизни, которая не допускает ни ошибок, ни ослабления напряжения и силы, которая "властно и мягко управляя всеми вещами", влечёт миры к их цели. Представление о нашей незначительной жизни, как об отдельной независимой единицы, борющейся лишь собственными силами с другими отдельными и независимыми единицами, есть, как пишет А. Безант, одно из самых печальных заблуждений. Пока мы будем смотреть на мир и жизнь с этой точки зрения — покой недостижим для нас. Когда мы почувствуем и познаем, что все "я" есть одно, тогда ум наш обретёт покой, без опасения его утраты.

Нельзя найти покой в постоянном стремлении к удовлетворению отдельного "Я", даже если это удовлетворение высшего порядка. Покой пребывает лишь в отречении от своего отдельного "Я", в утверждении Высшего Я, которое Едино, того Я, которое проявляется на "каждой" ступени эволюции, содержится в нас постольку же, поскольку и в других людях, и которое даёт удовлетворение всем.

Стремление к умственному прогрессу имеет большую ценность, пока низшие желания подавляют и связывают стремления человека, начинающего над собой работать; в нем он черпает силу, освобождающую его от них; но оно не даёт, не может дать счастья, которое приходит только тогда, когда отдельное "я" будет отвергнуто, а великое Высшее Я будет признано целью, ради которой мы живем во вселенной. Ведь и в обыкновенной жизни самые счастливые — это бескорыстные люди, те, которые трудятся для счастья других, забывая самих себя. А самые неудовлетворённые — те, кто вечно ищут счастья для себя самих.

Мы все — это Высшее Я и потому радости и горести других — столько же принадлежат нам, как и им, и соответственно тому, как мы чувствуем это и учимся жить таким образом, что вся вселенная участвует в жизни, текущей в нас, наши умы учатся Тайне Мира. "Тот достигнет мира, в ком все желания текут подобно рекам, текущим в океан, наполненный водой, но остающийся недвижимым, — но не тот, кто желает желания" (Бхагавад-гита, II.70). Чем больше мы желаем, тем более растёт жажда счастья, которая и есть несчастье. Тайна Мира есть познание Высшего Я, и мысль, что "это Высшее Я — есмь Я", ведёт нас к достижению покоя ума, нарушить который ничто не в силах.

Применение и практическая реализация силы мысли   наверх

Мысль имеет физические и психологические свойства. Поэтому ее можно назвать психической энергией. Эта энергия ежедневно рождается в нашем мозгу, распространяется внутри тела по всему организму и системам и излучается наружу. Часто мы думаем, что наша мысль мала и ничего не может достичь. Между тем, потенциал мысли велик, и для мысли не существует ни пространства, ни времени. Скорость мысли очень велика. Как уже упоминалось ранее, мысль - это сила, которая производит действие. Положительные, добрые мысли порождают Добро, злые или безразличные притягиваются к Злу.

Энергия мысли несет информацию, мыслеобразы или мыслеформы, созданные мыслью, воздействуют на создавшего их человека и, в конце концов, приводят его к формированию воображаемой ситуации. Мысли формы создаются психической энергией, и совершает действие. Если человек все время думает о плохом, боится «как бы чего не вышло», то это «как бы» и выходит, материализуется.

И тогда человек говорит: «ну, вот, я же так и думал, так и говорил, или же я предупреждал, я этого и боялся… и т.д.». так вот я хочу вам объяснить, что если бы вы об этом не думали, не говорили, то этого бы и не случилось. Если внутри вас страх, сомнения, отрицательные мысли, то извне вы тоже притягиваете к себе то, что внутри вас. Недаром Гермес говорил: «что внутри, то снаружи, что справа, то слева, что внизу, то наверху».

То же самое происходит и с положительными мыслями, положительными мыслеобразами. Они приводят, естественно, к положительным результатам, потому что притягивают положительные действия.Помните также фразу: «будьте осторожны с желаниями, они имеют тенденцию сбываться».

Что такое желание? Прежде всего, это мысль, потом эта мысль нам понравилось и таким образом, она превратилась в мечту, потом, вдоволь намечтавшись, она превращается в желание. Если мы проследим свою жизнь, то обратим внимание, что наши очень сильные желания всегда сбывались, стоило очень сильно захотеть и конечно что–то для этого сделать. Особенно часто сбываются детские желания по сравнению со взрослыми.

А знаете почему? Потому что мысли ребенка не обременены умом, сознанием. Ребенок хочет, и все. Ребенок не сомневается, его не разрушают мысли типа: «а может ли мама мне это купить, а хватит ли ей денег?» мысли ребенка всегда позитивны, оптимистичны, всегда сильны в своем желании, и он получает.

Как сказал Питер Лоурес: «у оптимистов сбываются мечты, у пессимистов - кошмары». Подумайте над этим высказыванием и очень многое откроется вам. Мысль – это еще и форма энергии, посредством которой мы строим свою судьбу. Тот, кто часто думает о своих болезнях, бедах, часто об этом говорят, в конце концов, с этим и встречается. Простые недомогания превращаются в хронические болезни, болезни же начинают резко прогрессировать.

Так, в литературе описываются исследования врача Дипака Чопры, который наблюдал свыше 10 тысяч больных, у которых по кардиограмме было предынфарктное состояние. В семьях, где царили благожелательность, положительные эмоции, больные исцелились, а там, где были грубость, злость, постоянно говорилось о болячках, все время все обсуждалось по телефону со всеми знакомыми, со всеми подробностями, больные скончались от инфаркта.

Иными словами, лечить нужно человека, а не болезнь. Лечить надо мысли, переориентировать их в позитивное мышление, в оптимистический настрой. Кстати, именно такой настрой подход используют целители в метафизической форме лечения больных. Для того, чтобы вылечится раз и навсегда, надо поменять мысли. Наше здоровье в наших руках, наши мысли могут, как убить, так и возродить.

Молодая девушка, студентка, решила покончить с собой. Проглотив средство от тараканов, она легла на кровать и через час умерла. При вскрытии выяснилось, что яд был совершенно безвреден для человека, т.к. срок годности давно истек. Удивительно и то, что студентка скончалась еще до того, как порошок полностью растворился в желудке. Человека убила… мысль. Мысль о неминуемой смерти.

Очень часто люди, которые хотят навредить кому-то, ничего особенного не предпринимают. Они просто сеют мысль и доносят до избранной ими жертвы, что ей осталось жить некоторое время, после чего сидят и ждут результата, который не замедлит сказаться. Самая черная магия в мире – это наши мысли. В одной из западных стран врачи проводили исследования, связанные с воздействием гипноза на психическое и физическое состояние людей.

Приговоренному к смертной казни внушили, что ему вскрыли вены и он истекает кровью. Несмотря на то, что преступник, сидя на стуле с завязанными глазами, был совершенно цел и невидим, он умер (согласно показаниям приборов) от потери крови. Невероятно, но вскрытие подтвердило это. Другому убийце внушили, что он умирает от отравления мышьяком, и тот скончался, демонстрируя типичные симптомы отравления этим ядом.

О фантастических возможностях влияния мысли на физическое здоровье людей известно всем. В этом нас убедили фокусники и гипнотизеры. Но далеко не все, а точнее очень малая часть людей, способны сознательно применять силу мысли для воздействия на собственное здоровье. Зато примеры такого применения весьма поучительны.Особенно это касается случаев, касалось бы, совершенно безнадежных – например, онкологические заболеваний. Пациенты, приговоренные врачами к скорой смерти, но наделенные необычайной силой воли, вопреки здравому смыслу и всему медицинскому опыту, выздоравливали, опухоли бесследно рассасывались.

Иногда, как показывали исследования, в выздоровлении большую роль играли не только волевая установка и соответствующий настрой, но и просто доброе и оптимистическое настроение больного. В свое время весь мир облетела история об онкологическом больном из Америки. По прогнозам врачей этому человеку оставалось жить не более двух месяцев, «смертник» решил провести последние месяцы жизни в приятных для себя занятиях.

Он начал коллекционировать анекдоты, шутки, юморески, стал вволю смеяться. Он смеялся и смеялся, пока, в конце концов,…не выздоровел. Это невероятная, но, тем не менее, абсолютно правдивая история еще раз показала всему миру, насколько загадочным и непостижимым существом является человек и какую роль играет психологический фактор в его жизни, какую роль играет настрой его мыслей.

Будда сказал: «Жизнь человека - прямое следствие его мыслей».

Многие из нас даже не подозревают, что огромное количество заболеваний мы вызываем к жизни одним подозрением о возможности их существования или о возможности их приобрести. Если сильный духом человек способен победить смертельную болезнь, то человек слабовольный, мнительный может внушить себе какое угодно заболевание – от гриппа до рака – и, в конце концов, умереть от него.

Часто, поговорив о болезни по телефону, одна подруга, жалуясь другой на какую-либо болезнь, якобы передает ей часть своей болезни. На самом деле все обстоит далеко не так. Просто когда один говорит о болезни, другой мысленно представляет себе все ее симптомы, визуально примеряет их к себе – мысль пущена, болезнь через некоторое время материализуется. Виноват не тот, кто говорил, а тот, кто допустил мысль и применил ее к себе.

В чем здесь секрет? Мысль – не просто слабый электрический импульс мозга, а особая сила, способная предопределять многие обстоятельства нашей жизни и влиять на нашу судьбу. И здоровье – тоже. Эту силу мысли хорошо знали последователи древних эзотерических знаний и умели применять ее как в духовном и психическом самосовершенствовании, так и в искусстве врачевания, самоисцеления и целительства.

Впрочем, сила мысли стала применяться как в восточной, так и в западной медицине, а не только в эзотерических учениях. В прошлые века в Европе был очень популярен метод самолечения Эмиля Куэ. Он состоял в том, что дважды в день – после пробуждения и перед засыпанием – больной в течении не которого времени, мысленно твердил про себя фразу: «я здоров!» И все! Чисто механическое повторение этой примитивной формулы самовнушения давало поистине чудесные результаты. Десятки тысяч людей по всей Европе смогли таким образом помочь себе. Как вы догадались, этот метод называется аутотренингом.

Можно привести множество примеров лечения больных, которым помогло просто направление собственных мыслей в позитивное русло. Достаточно выявить какая мысль явилась причиной заболевания или какой-либо фобии, какого – либо стереотипа, который отравляет жизнь, т.е. достаточно найти причину неудовлетворительной ситуации, поменять мысль, и человек начинает жить по-новому.

Очень много психологических тренингов, практикумов, методов, помогающих людям наладить собственную жизнь, основаны на правильном настрое мысли, мысли - формы, визуализации. Одним из известных методов во всем мире стал метод Хосе Сильвы, который используется во всех областях нашей жизни.

Новая наука метафизика, которая излечивает в основном почти все болезни без применения лекарств, убирая основную причину болезни – мысли, ее породившие, - и заменяя их на мысли, которые приносят выздоровление. В чем же состоит механизм такого примитивного, казалось бы, но столь успешного метода самолечения? Механизм этот скрыт в структуре подсознания.

Любая мысль, пришедшая нам на ум, может превратиться в нашего господина. Помните выражение: «мысли владеют нашими умами» и, следовательно, нами. И мысли заставляют нас действовать, так или иначе.

Так, многократное повторение одной и той же мысли отправляет ее в подсознание, где она обретает собственную жизнь, начинает контролировать нас и наши действия, и самое главное – она материализуется, она создает соответствующую ситуацию в вашей жизни. например, когда мы часто повторяем: «у меня нет денег», «я не могу устроиться на работу», «нет работы», «жизнь трудна», «нет в жизни счастья», «я одинока», «он меня не любит» и т.д., то в реальности эти мысли начинают жить своей жизнью, отражаясь во вне и создавая собственную реальность.

Реальность, в которой вам действительно начинает не хватать денег, в которой ваша жизнь и в самом деле становится трудной, вы одиноки и вас не кто не любит. Это сидит уже глубоко в подсознании. Подсознание счастливо – оно выполнило ту программу, которую в него вложили ваши собственные мысли.

Мысли обладают очень интересным свойством. Находясь в сознании, они, будучи частью нас самих, полностью определяют наше понимание и видение мира. На любое событие в какой – то сфере нашей жизни мы смотрим сквозь соответствующую мысль. Благо, если вы оптимист и рассматриваете любую палку с положительного конца, а если нет? Тогда вам не позавидуешь, ибо отрицательные мысли рождают видение пессимистической реальности, оно, в свою очередь, материализуется на самом деле в отрицательные ситуации, которые, в свою очередь, вызывают мрачные мысли и получается замкнутый круг.

Рецепт по выходу из сложившийся ситуации один – изменить свои мысли, и тогда постепенно будут меняться и обстоятельства вокруг вас.

Почему часто люди не получают то, что им надо в данный момент? Ответ прост. Потому что они четко не знают, чего хотят и хотят ли вообще. Вместо четко оформленной мысли у них в нутрии бродят некие бесформенные, облакоподобные образования.

Прежде, чем что–то заиметь, приобрести, получить, добиться, надо четко решить для себя, хотите ли вы это иметь, и намерены ли вы это иметь. Вы можете возражать и говорить, что это не так, что вам так нужна это вещь, и как это так, что кто-то говорит вам, что вы этого не хотите? И, тем не менее, это так! Если вы прямо сейчас пойдете внутрь себя и начнете честно анализировать свои желания, намеренье и хотение что–либо, то вы увидите, что где-то присутствует брешь. Вы найдете, что какая – то мысль одна единственная, сидящая, где-то глубоко внутри, сбивает исполнение вашего желания, она пробивает брешь, через которую утекает энергия, необходимая для приобретения нужной вам вещи.

Если вы хотите иметь новое платье (или что-то еще), четко определите себе его фасон, когда и куда будете его носить, размер, цвет и другие характеристики. Задавайте себе как можно больше вопросов относительно того, что вы хотите иметь. Чем точнее вы определите для себя, что вам нужно. Тем больше положительных мыслей вы вложите в свое творчество, тем быстрее это исполнится. Этот же принцип касается и любой другой материальной или нематериальной, типа человеческих отношений, вещи.

Осознанность и осознавание. Всю информацию, касающуюся правды и лжи в нашей жизни содержит именно подсознание. Насколько сильно подсознание засорено разным ментальным мусором, такой и является правда о жизни в мыслях человека. Все, что человек имеет, неважно в материальном или духовном плане, но все это в какой-то мере так или эдак является результатом его мыслей и работы его подсознания.

Мысли имеют огромную силу, позволяющую человеку организовывать свою жизнь так, как он этого хочет. Не как может, а как хочет, хотя в большинстве случаев выходит, что как может. Очень многое зависит от того, насколько человеку позволяют реально видеть вдаль собственные мысли. Насколько "далеко" способно "видеть" подсознание человека, настолько он и может. Не более, не менее.

Просто шагая по жизни по накатанной колее мы даже не осознаем, что нами руководит наше подсознание, где оно постоянно старается держать нас в тех рамках, которые мы сами себе определили (которые определили наши родители, общество) и дальше которых мы не хотим выходить даже не смотря на низкий социальный уровень. Сознательно мы понимаем, что хотели бы намного лучшего чем имеем сейчас, но как бы ни было плохо- нам все же здесь хорошо и уютно, но самое главное, будущее в этом случае не содержит больших неизвестностей- и мы "смело" смотрим в лицо всем нашим трудностям.

К переменам в жизни и желание разрушить иллюзию спокойствия нас толкает четкое осознание нашего существования. Осознание способно кардинально повлиять на жизнь, а также повлечь за собой ряд событий, никак ранее не вписывающиеся в сценарий этого человека. Это может быть смена места работы сулящая больший достаток; это может быть отказ от вредных привычек типа курения, алкоголя и наркотиков, соответственно смена устоявшегося окружения человека и т.д.

Осознание хранит в себе ключи от всех дверей. Только человек не очень охотно желает осознавать, либо считая, что в этом мире уже все предопределено и лишние вопросы ни к чему, либо находясь в постоянной зависимости от никотина, алкоголя, наркотиков попросту не желает ничего знать. Мысли постоянных сомнений уводят нас далеко от действительности и мы не можем знать, где правда, а где ложь.

Все мы живем не только по земным законам изданных человечеством, но и по законам Вселенной. Закон подсознательной деятельности опирается на законы Вселенной и управляет течением нашей жизни. Наши мысли - это наши просьбы. Вселенная не понимает слов наших мыслей, а также то, что для нас является хорошо, а что плохо и нисколько не винит себя в том, что делает нашу жизнь хуже и хуже, так как всего лишь исполняет наши желания, которые идут из души и порождаются чувствами.

По закону подсознательной деятельности подсознание подобно магниту притягивает все то, о чем человек озабочен. Все то, о чем человек концентрирует свои мысли сознательно или подсознательно, запускают механизм воплощения в реальность. И даже не нужно удивляться, что жизнь не так хороша, как хотелось бы; когда заглянешь в свою душу и начнешь целенаправленно ловить свои мысли, то при анализе их можно увидеть, что практически всегда думаешь и представляешь то, чего совсем не хочешь, нежели то, чего действительно хочешь.

Сознание есть аналитический ум. Вкупе с подсознанием определяется как разум. Само по себе сознание не имеет памяти и может оперировать только одной мыслью в каждый момент времени. Сознание - это осознаватель того, что происходит вокруг, руководствуясь чувствами человека как - зрение, слух, обоняние, осязание, вкусовые ощущения. Сознание непрерывно работает, когда человек бодрствует, наблюдая и идентифицируя все, что происходит вокруг человека.

Например: Вы идете по улице и где-то неподалеку слышите приближающийся лай собаки. Вы начинаете крутить головой пытаясь определить источник звука и с какой стороны он исходит. Сознание пользуясь слухом, идентифицирует лай как звук имеющий разную громкость, продолжительность и частоту; и немедленно отправляет эту информацию в подсознание, где происходит сравнение. Сравнение в подсознании происходит на основе того, что человек собственно знает о собаках, а также исходя из жизненного опыта связанного с этими животными.

Подсознание определяет по своей "базе данных" какой это звук, кому он принадлежит, как далеко или близко он происходит и мгновенно обменивается этими данными с сознанием. Так, если подсознание классифицировало звук как лай маленькой собачки бегающей недалеко и не приближающейся к вам, то соответственно вы получите сигнал, что опасности нет. Но если слышен лай огромной собаки и этот звук стремительно приближается, вы получите сигнал тревоги, где возможны разные действия, основанные на анализе сознания и принятия им решения.

Так например, анализируя сложившуюся обстановку, сознание принимает решение. Решение может быть только одно в каждый момент времени и состоит из двух ответов "да-нет".

Если животное уже близко и вы видите, что оно явно хочет вас порвать, то на основе анализа происходит вопрос - Убежать? Да?-Нет? В эти мгновения сознание определяет расстояние до приближающегося объекта, определяет окружающую местность, прикидывая можно ли убежать. Нет - принимает решение сознание и задается следующий вопрос - Спрятаться? Да?-Нет?. Если ответ НЕТ, задается следующий вопрос- Запрыгнуть на забор? Да?-Нет?

Если ответ Да, то подсознание мгновенно включает в работу все нужные мышцы и нервы и человек сам того не замечая запрыгивает на забор. Причем у человека в эти моменты нет необходимости размышлять подсознанием как лучше запрыгнуть и какая нога или рука должна сделать определенное действие. Все происходит само без дополнительного осознавания и анализа.

К слову придется и то, что в некоторых случаях критических ситуаций, в каких сознание временно выключается и работает одно подсознание, человек способен на много больше, чем в обычной обстановке. Так, в случае с нападением собаки человек может мгновенно забраться на такой высокий забор, где в обычной ситуации ему бы пришлось здорово попотеть, прежде чем забраться туда.

Подсознание - это огромное хранилище данных, где хранится вся наша жизнь начиная с рождения. Каждое мгновение наше подсознание записывает все, что с нами происходит. Все, что мы видим, каждый звук, вкусовые ощущения, запах, боль, все что мы чувствуем и ощущаем. Все это хранится в нашем подсознании в виде картинок, эти картинки остаются там на протяжении всей нашей жизни и их можно воскресить в памяти. Подсознательная память идеальна - сомнительна только способность человека сознательно вспоминать.

Само по себе подсознание не может думать и принимать решений, оно просто подчиняется командам полученных из сознания.

Сознание отдает приказ - подсознание подчиняется. Если сравнить сознание с капитаном подводной лодки, то подсознание - это команда подводного судна беспрекословно и в точности выполняющая его приказы. Члены команды не знают, что видит капитан, рассматривающий просторы океана через перископ, им только передается его восприятие от происходящего на поверхности. Все, что видит и чувствует капитан, все принятые им решения тут же передаются команде, которая врассыпную бросается выполнять его приказания.

Подсознание - покорный, не задающий вопросов слуга, который день и ночь трудится над тем, чтобы ваше поведение как можно точнее соответствовала схеме, что присутствует в ваших эмоционально нагруженных мыслях, надеждах и стремлениях.

Но подсознание также работает в ментальной сфере, где старается поддерживать соответствие вашего мышления и поступков с тем, что вы говорили и как поступали в прошлом. Вся информация о мыслительных привычках и поведении хранится в подсознании. Оно запоминает ваши зоны комфорта и старается вас удержать в них. Подсознание вызывает чувство физического или эмоционального дискомфорта при попытке что-либо сделать по новому, изменить устоявшийся уклад жизни и модели поведения.

Подсознание всегда старается нас удержать в состоянии, соответствующим ранее запрограммированным инструкциям. Так, например, одна мысль о том, чтобы навсегда бросить курить, мгновенно вызывает чувство обездоленности, внутренней паники. Не говоря уже о том, что, бросив курить, человек покидает свою зону комфорта, где подсознание пытается всеми силами вернуть его обратно.

Или, например, человек решил курить не пачку сигарет в день, а половину; по 1 сигарете в два часа. Покинув свою зону комфорта, где он волен был курить когда захотите, он обрекает себя на беспокойство и напряженное состояние.

Закон подсознательной деятельности гласит, что всякая идея или мысль, принятая за истину сознанием (вера), без вопросов будет воспринята подсознанием, которое немедленно примется за работу по воплощению ее в реальность. Как только вы начинаете верить в осуществление чего-либо, ваше подсознание начинает работать как передатчик ментальной энергии, в результате чего происходит "притяжение" нужных людей и обстоятельств, соответствующих вашим новым доминирующим мыслям.

Подсознание способно управлять информацией всех типов, поступающей из окружающей среды - всем, что вы видите, слышите, знаете. Оно делает вас чувствительным к любой информации, что на данный момент для вас является важной. И чем эмоциональнее вы вкладываетесь в отношение к чему-то конкретному, тем скорее ваше подсознание подскажет вам все, что вы можете сделать для воплощения вашего желания в действительность.

Например, вы решили купить квартиру. И тут же вы начинаете слышать разговоры о продажах квартир; смотря телевизор заостряете внимание на рекламе агентств недвижимости; невзначай на остановке обращаете внимание на расклеенные там объявления; просто идя по тротуару вы невольно останавливаетесь у столба, где висят объявления о купле-продаже квартир. Сознание видит все, но не считает полезным, чтоб вы осознавали каждую песчинку на земле и каждую пылинку в воздухе; и этим занимается подсознание, которое преследует единственную цель - приспособиться и выжить.

Сознание с подсознанием определяется как разум. Аналитический ум - та часть нашего разума, которая думает, анализирует и выполняет расчет. Но существует еще другая часть разума и дианетика определилила его как реактивный ум. Реактивным называется потому, что вступает в действие без вашего ведома и начинает просто реагировать. Причем очень нерационально.

Лишенная управления сознанием, подсознание в точности выполняет ранее запрограммированые инструкции, которые человек послушно воспроизводит в действие. Осознание и есть способ перевернуть весь внутренний мир человека и перетряхнуть пыльный ворох застоявшихся убеждений.

Чем чаще мы будем задумываться о своей жизни, тем больше мы будем понимать, что мир совсем не такой, каким он нам представлялся до этого момента. Чем глубже мы будем заглядывать в свою душу, тем более мы будем понимать, насколько мы уникальны и неповторимы. Чем больше мы будем стараться узнавать - тем больше мы будем понимать, что нас обманывают. Наша жизнь, что сон, в котором человек не задает лишних вопросов, а слепо движется по течению обстоятельств. иногда он понимает, что здесь что-то не так и задает начало другому сценарию, но потом снова продолжает плыть по течению.

Осознание - важный момент приближения к истине вещей. Осознание нейтрализует искажение действительности и дает человеку заглянуть правде в глаза. Осознание позволяет задать нужный сценарий и создавать свою реальность, в корне отличающуюся от прошлой "бессознательной" жизни. Осознание- это ключ от всех дверей и лежит он на поверхности, но под толстым слоем пыли различных догм и убеждений.

Отыскав этот ключик нетрудно будет понять, что все человеческое "не могу", "невозможно", "ничего нельзя изменить" сидит лишь в твоей голове, а не существует само по себе. Это может звучать невероятно, но для тех, кто ведет осознанный образ жизни, здесь нет ничего необычного. Но есть ли у нас желание что-либо осознавать? Не смешно ли нам становится от мысли, что станем похожими на философов?

Разве много осознаёт курильщик о вреде курения, закуривая очередную сигарету? Он с улыбкой выпустит струйку дыма тебе в лицо, если ты попытаешься достучаться до его сознания лекцией о вреде табачного дыма на организм человека. "Что в наше время сейчас не вредно?"- готовый ответ у любого курильщика.

Но если начать рассматривать свой организм на молекулярном уровне и на таком же уровне состав табачного дыма, то можно ужаснуться, какой несравнимой с другими проявлениями нашей жизни гадостью мы пичкаем свой организм, испытывая от этого удовольствие. Мы за машиной в сто раз лучше ухаживаем - и фильтр воздушный вовремя стараемся поменять и с заменой масла не медлим, если позволяют средства, и бензин покачественней заливаем. И мы искренне радуемся, как двигатель нашего автомобиля ласково урчит от нашей заботы.

Реальность такова, что на собственный автомобиль мы смотрим со стороны, и для нас является очевидным, что любая деталь нуждается в уходе. Свое же тело мы рассматриваем как этот автомобиль, который не знает сам себя и который способен ездить до тех пор, пока хватает ресурсов его железного организма. Своего железного друга мы искренне любим, а вот из собственного тела помойку устраиваем. Мало тела, мы еще и на ментальном уровне храним различные убеждения, оправдывающие наши поступки и побуждающие нас беспрепятственно также поступать в будущем.

Мы верим тому, чему хочется верить, а не тому, что идет вразрез с нашим мировоззрением. И если продолжить тему курения, то можно ясно увидеть, как курильщик искренне верит надписям на пачке о значительном снижении содержании смол и никотина в сигаретах. Он искренне верит плакатам, где изображены счастливые лица молодых людей на фоне огромной пачки каких-либо сигарет.

Человеку невдомек, что его на каждом шагу обманывают, что ему на каждом шагу навязывают определенный стиль, что истинный вкус сигарет совсем не такой, какой ему представляют, а больше похож на самосад с дедовской грядки, только приправленный различными отдушками. Ему невдомек, что "light" сигареты, которые он считает менее вредными, намного выгоднее табачной компании, нежели обычные крепкие. Табачные монстры не о здоровье клиента заботятся выпуская "light" версии сигарет, они пекутся о прибыли, в полтора и в два раза превышающие прибыли получаемые с обычной крепости сигарет за счет увеличенного объема продаж.

Это жестокая реальность. Это реальность, которая с трудом поддается осознанию. Так не хочется верить, что повсюду обман, так хочется жить как в сладком сне ни о чем не переживая и не задавая лишних вопросов самому себе. Но, не задав себе вопроса, невозможно очнуться и отряхнуться от наваждения. Без осознания невозможно посмотреть на происходящее со стороны. Только осознав можно осуществить то, что не под силу ни одному "спящему"- выбирать то, что нравится, а не то, что навязывают.

Пока "спишь" жизнь бежит так, что за ней трудно угнаться. Постоянно надо решать какие-то проблемы, постоянно что-то происходит непредвиденное, что выбивает из сил и вытягивает энергию; кругом постоянная суета, нервоз, который заедаешь сигаретами и запиваешь алкоголем. Всё это удивительным образом исчезает когда начинаешь обретать контроль над происходящим и осознавать свое могущество способностью остановить этот бешеный круговорот жизни.

Осознание позволяет реально посмотреть на вещи и увидеть правду, покрытую толстым-толстым слоем различных мифов, оправдывающих поведение и слабости человека.

Самый распространенный миф - От меня мало что зависит в жизни. Это чистой воды заблуждение, оправдывающее беспомощность, слабость, нежелание и лень что-либо изменить в своей жизни. Это происходит потому, что все мы привыкли перекладывать ответственность за происходящее на кого-то или на что-то. Так уж устроено сознание, что вечно ищет всему логические объяснения и причинно-следственные связи дабы избежать наказания или оправдать свое поведение.

Мы можем научиться пользоваться этими великими силами, которые находятся внутри нас и пользоваться с возможно большим успехом. По мере того, как мы их упражняем, они нарастают и, наконец, с удивлением и радостью мы убеждаемся, что обладали громадною силой для служения человечеству.

Надо помнить, что мы всегда пользуемся этими силами, бессознательно, порывами, слабо, но постоянно действуя на всех окружающих нас на нашем жизненном пути к лучшему ли или к худшему (в этой книге мы старались побудить читателя пользоваться этими силами непрерывно, сознательно и энергично). Мы не можем не думать, как бы ни были слабы течения мысли, которые мы порождаем. Мы неизбежно влияем на всех окружающих нас, всё равно хотим ли мы того или нет; единственным вопросом является лишь, хотим ли мы влиять благотворно или дурно, слабо или сильно, случайно или сознательно.

Мы не можем избежать того, чтобы мысли других не соприкасались с нашими, мы можем лишь выбрать те из них, которые мы желаем воспринять и которые желаем отбросить. Мы влияем на других и сами подпадаем под влияние окружающих; это неизбежно, однако мы можем влиять на других хорошо или дурно и сами подпадать под доброе или злое влияние. Вот наш выбор, выбор очень важный, как для нас самих, так и для мира.

Передача мысли. Почти каждый нынче желает упражняться в передаче мысли и мечтает о радости сообщаться с отсутствующим другом, не прибегая к помощи почты или телеграфа. Для этого надо сначала научиться думать и затем уже передавать свои мысли — сначала приобрести некоторую способность к устойчивому мышлению, а затем уже отсылать мысленный ток через пространство.

Слабые, неуверенные мысли большинства вызывают одни лишь колебания, ежеминутно появляющиеся и вновь исчезающие вибрации в ментальной атмосфере, дающие начало неопределённым формам со слабой жизненной энергией. Мыслеформа должна быть отчётлива и хорошо оживотворена, чтобы её можно было отослать в определённом направлении и должна быть достаточной сильной для того, чтобы достигнув места назначения, оставить там свой отпечаток.

Есть два способа передачи мысли; один можно назвать физическим, а другой психическим: первый происходит при посредстве мозга, второй — не нуждается в нем. Мысль порождается сознанием, возбуждает вибрации в ментальном теле, затем — в астральном, а затем вызывает волнообразное движение сперва в эфирных, а потом в плотных молекулах физического мозга; этими вибрациями мозга приводится в колебание физический эфир, его волны распространяются и, достигнув другого мозга, производят вибрации в его плотных и эфирных частицах.

Воспринимающий мозг производит со своей стороны соответствующие вибрации в своем астральном, а затем и в ментальном теле, а эти последние вызывают ответное колебание в сознании. Таковы ступени той дуги, по которой проносится мысль. Но можно обойтись и без этой дуги. Сознание человека может, вызвав вибрации в его ментальном теле, направить их прямо к ментальному телу воспринимающего сознания и таким образом избегнуть описанного пути.

Рассмотрим что происходит в первом случае.  Существует в мозгу маленький орган, шишковидная железа, назначение которой неизвестно физиологам Запада; западные психологи совершенно игнорируют её. У большинства людей этот орган до сих пор в зачаточном состоянии, но он развивается, а не атрофируется, и есть возможность ускорить развитие этой мозговой железки, чтобы она могла выполнять присущую ей функцию, которая со временем будет достоянием всех людей. Эта мозговая железка — орган передачи мысли, в такой же степени, как глаз — орган зрения или ухо — орган слуха.

Если кто-либо будет напряженно думать о какой-нибудь идее, с сосредоточенным и неослабным вниманием, он заметит в своей шишковидной железе легкий трепет или ощущение ползания, подобное ползанию муравья. Трепет этот возникает в эфире, проникающем железку и вызывает легкий магнетический ток, который и даёт ощущение ползания в плотных молекулах мозговой железки. Если мысль будет достаточно сильна, чтобы вызвать этот ток, это будет указанием, что мыслитель довел свою мысль до такой остроты и силы, которая делает её способной к передаче.

Вибрации в эфире шишковидной железы вызывают в окружающем эфире волны, подобные световым волнам, только гораздо меньшего размера и более быстрого темпа. Вибрации эти распространяются по всем направлениям, приводя в движение эфир и вызывая в свою очередь колебания в эфире шишковидной железы другого мозга и отсюда уже передаются в правильной последовательности сперва астральному, затем ментальному телу, после чего достигают сознания. Если эта другая шишковидная железа не в состоянии воспроизводить этих колебаний, то посланная мысль пройдёт незамеченной, не оставив никакого впечатления; так же, как и волны света не произведут никакого впечатления на глаза слепого.

Второй способ передачи мысли состоит в том, что мыслитель создает мыслеформу на плане мысли и отсылает её не к мозгу, а непосредственно к самому мыслителю на ментальный план. Способность выполнять это сознательно требует ещё более высокого умственного развития, чем физический способ передачи мысли, ибо отсылающий мысль должен обладать самосознанием на ментальном плане, чтобы выполнить такую передачу мысли.

Между тем, этой силой все мы пользуемся постоянно, только невольно и бессознательно, т.к. каждая наша мысль производит колебания в ментальном теле, которые по самой природе своей должны распространяться в окружающей ментальной субстанции. И нет основания ограничивать понятие "передача мысли" одной лишь сознательной и преднамеренной передачей известной мысли одним лицом другому. Мы все постоянно влияем друг на друга посредством этих, без определённого намерения посылаемых волн мысли и то, что называется "общественным мнением" создается, по большей части, именно этим путем.

Большинство людей думают известным образом не потому, что они основательно обдумали данный вопрос и пришли к определённому заключению, но только потому, что огромное большинство думает таким образом и увлекает за собой остальных. Сильная мысль великого мыслителя выбрасывается в мир мысли (на ментальный план) и схватывается восприимчивыми и подготовительными умами. Они воспроизводят её вибрации и таким образом усиливают волну мысли, действуя на других, которые иначе остались бы нечувствительными к первоначальной мысли. Эти последние, отвечая ответными вибрациями, увеличивают силу волны настолько, что она начинает действовать и на большие массы.

Общественное мнение, раз созданное, имеет первенствующее значение для громадного большинства благодаря тому, что однородные мысли — волны бьют беспрерывно на мозги всех и пробуждают в них ответные колебания.

Существует также и национальный склад мысли, который можно сравнить с глубоко прорезанными каналами мысли, образовавшимися благодаря вековым воспроизведениям однородных мыслей, соответствующих истории, войнам и обычаям нации. Они сильно видоизменяют умы, рожденные в данной нации, окрашивая их известным образом и всё, что приходит к ним извне, изменяется под влиянием особого, этой нации присущего характера вибраций.

Как мысли, приходящие к нам из внешнего мира, изменяются под влиянием наших ментальных тел настолько, что мы получаем не только вибрации этих чужих мыслей, но вместе с ними и наши собственные вибрации, — так и народы, получая впечатления от других народов, воспринимают их уже видоизмененными под влиянием своих собственных характерных вибраций. От этого и происходит, что англичанин и француз, или англичанин и бур, рассматривая одни и те же факты, но прибавляя к ним свои уже существующие предубеждения, совершенно искренне обвиняют друг друга в искажении фактов и в нечестном образе действия.

Если бы это неизбежное явление было признано, много международных споров было бы улажено гораздо легче, чем это делается теперь, многих войн не возникло бы совсем, а те, которые уже возникли, кончались бы гораздо скорее. Каждый народ признавал бы то, что можно назвать "личное уравнение" и вместо того, чтобы осуждать другой народ, стремился бы при несогласии мнений найти ту золотую середину, которая примирила бы несогласие, и не настаивал бы на своей исключительной правоте.

Вопрос практической важности, возникающий для каждого, знающего об этой постоянной и всеобщей передачи мысли, следующий: В какой степени могу я извлечь добро и избежать зла, живя в этой смешанной атмосфере, где и хорошие, и дурные волны мыслей не перестают действовать и влиять на мой мозг? Как могу я предохранить себя от вредных мыслей, и каким образом могу воспользоваться благими мыслями? Большое жизненное значение имеет знание того способа, каким происходит процесс подобного подбора мыслей.

Каждый человек более других действует сам на свое ментальное тело. Другие действуют на него случайно, он же — всегда. Оратор, которого он слушает, автор, книгу которого он читает, несомненно действует на его ментальное тело, но они — случайные явления в его жизни, тогда как он сам — источник постоянного воздействия на себя самого. Его собственное влияние на образование ментального тела гораздо сильнее всех остальных влияний, и никто, кроме него самого, не устанавливает нормальной скорости вибраций для его мыслей. Мысли, не соответствующие быстроте его вибраций, будут отброшены, когда соприкоснуться с его умом.

Если человек мыслит правдиво, ложь не может установиться в его уме, если его мысли полны любви — ненависть не может потревожить его; если он мудр — невежество не может парализовать его. Только в этом — спасение, только в этом истинная сила. Нельзя допускать, чтобы ум уподоблялся незасеянной ниве, потому что тогда всякие сменные мысли могут пустить в ней корни и произрастать; и не следует дозволять ему вибрировать, как ему вздумается, ибо к таком случае он будет отвечать на каждую проносящуюся мимо вибрацию.

В этом заключается практический урок. Тот, кто станет его применять, вскоре оценит все значение его, и убедится, что благородное мышление делает жизнь и благороднее, и счастливее, и что при помощи мудрости мы в состоянии на самом деле положить конец страданиям.

Ментальная помощь близким и общему делу. Самым ценным приобретением для человека, вырабатывающего в себе силу мысли, является увеличение его способности помогать окружающим, тем, кто слабее, чем он, кто ещё не научился пользоваться собственными силами. Если он приобрёл умственный и душевный мир, то он обладает всеми данными, чтобы помогать другим. Простая благожелательная мысль может в известной мере принести помощь, но он может надеяться сделать гораздо больше, чем бросить корку хлеба умирающему с голоду. Возьмём, например, человека преданного такому пороку, как пьянство, и которому мы желаем помочь.

Для этого надо узнать, если возможно, те часы, когда ум больного ничем не занят, например, часы его сна, т.к. всего легче воздействовать, когда человек спит. Тогда надо усесться одному и мысленно, насколько возможно живо, представить больного сидящим перед собою, представить его ясно и точно, чтобы видеть этот образ так же ясно, как если бы больной действительно сидел перед вами. (Живость этого образа не представляет существенной необходимости, но значительно облегчает весь процесс и делает его более действенным).

Затем нужно остановить своё внимание на этом образе и со всею сосредоточенностью, на которую вы способны, надо обратиться к нему с мысленною речью, посылая медленно одну за другой все мысли, которые желательно запечатлеть в уме больного. Надо выразить свои мысли в ясных ментальных образах, как если бы вы это делали, излагая перед ним словесно.

Во взятом нами случае, надо представить больному живую картину болезней и несчастья, которые влечёт за собой пьянство, и нервное разрушение всего организма, как неизбежный конец. Если больной спит, он будет привлечён к тому, кто таким образом думает о нем и оживит образ, представляющий его. Успех зависит от силы сосредоточения и той настойчивости, с которой мысль будет направлена на больного, и, соразмерно развитию силы мысли будет, и её влияние.

Надо остерегаться в подобных случаях, чтобы никоим образом не пытаться овладеть волею пациента; усилие должно быть направлено только на представление его уму идей, которые, взывая к его разуму и чувствам, могли бы привести его к здравому выводу и побудить его сделать усилие для его выполнения. Если будет сделана попытка навязать больному известный образ действий, и если эта попытка даже увенчается успехом, то этим будет достигнуто очень мало, потому что ментальная склонность, заставляющая следовать порочным влечениям, совершенно не будет изменена поставленным на ее пути препятствием: остановленная в одном направлении, она устремится по другому и новый порок вытеснит старый.

Человек, насильно принужденный к воздержанию, вследствие овладения его волей, излечен от своего порока не более, как если бы он был заключён в тюрьму. Кроме того, никто не должен стараться навязать своей воли другому, даже делая этим ему сделать добро. Прогресс нельзя двинуть вперёд таким внешним давлением: надо убедить разум, пробудить и очистить чувства, другим путём ничего существенного не может быть достигнуто.

Если вы хотите помочь человеку в чем-нибудь другом, вы должны поступать таким образом: вообразить себе того, кому вы хотите помочь и ясно представить ему те идеи, которые желательно, чтобы он воспринял. Горячее желание ему добра, как некая действующая, оберегающая его сила, пребывая около него, как мыслеформа в течение некоторого времени, соразмерно напряженно посланной мысли, будет охранять его против зла, становясь как бы преградой против враждебных мыслей и даже предохраняя его от физических опасностей. Мысль покоя и утешения, таким образом посланная, облегчает и успокаивает ум, распространяя вокруг её объекта атмосферу спокойствия.

Помощь, которую мы часто оказываем нашею молитвою, большею частью явление такого рода: благотворное влияние, оказываемое молитвою, более, чем обыкновенными доброжелательными пожеланиями, объясняется большой сосредоточенностью и напряженностью, которые вкладывает благочестивый верующий в свою молитву. Подобная сосредоточенность и напряженность имели бы те же самые результаты и без молитвы.

Без сомнения есть и другая сторона, с которой молитва иногда очень существенна: она призывает внимание какого-нибудь сверхчеловеческого, или очень развитого человеческого духа на то лицо, о котором молятся и тогда ему может быть оказана помощь сильнейшая, чем та, которою располагает молящийся.

Помощь умершим. Всё, что мы можем сделать посредством мысли для живых, мы можем сделать и даже гораздо легче для тех, кто раньше нас прошли чрез ворота смерти, потому что в этом случае нам не нужно иметь дело с плотной физической материей, которую необходимо ещё заставить раньше вибрировать, чтобы мысль могла бы коснуться бодрствующего сознания.

После своей смерти человек обращает всё своё внимание на внутреннюю жизнь, скорее на жизнь своего ума, чем на внешний мир. Течения мысли, которые обыкновенно устремлялись к внешнему миру, отыскивая его посредством органов чувств, теперь находят себя окруженными пустотой по причине исчезновения этих орудий. Это похоже на то, как если бы человек, спешивший к обычному мосту через пропасть, очутился бы внезапно на краю её; мост исчез. Реорганизация астрального тела, которая быстро следует за потерею физического тела, способствует ещё большей изоляции ментальных энергий, препятствуя их внешнему проявлению.

Астральное вещество, если только оно не потревожено каким-либо влиянием со стороны оставленных им на земле людей, создает себе защитную оболочку вместо пластического орудия и чем возвышеннее, чем чище была прекратившаяся земная жизнь, тем более непроницаемой будет преграда, охраняющая его от впечатлений извне или проявлений изнутри. Но человек, таким образом скованный в части энергий, исходящих вовне, становится тем более восприимчивым ко всем влияниям ментального плана и поэтому он может пользоваться нашей мысленной помощью, советами и утешениями в гораздо большей степени, чем тогда, когда был на земле.

В мире, где живут существа, освобожденные от физического тела, любящая мысль так же осязательна для чувств, как здесь любящее слово или нежная ласка. Поэтому вслед за каждым умершим следовало бы посылать мысли любви и покоя и горячо желать ему быстро пройти через долины смерти и проникнуть в светлые области. Очень многие остаются в промежуточном состоянии дольше, чем то случилось бы при других условиях, и только потому, что им предписано их дурною кармою не иметь друзей, знающих, как помочь им по ту сторону смерти.

И если бы люди на земле знали, как много отрады и счастья испытывают эти странники в небесных мирах от этих истинно ангельских вестников — мыслей утешения и любви, если бы они знали, какой укрепляющей и ободряющей силой они обладают, тогда конечно, никто не был бы оставлен одиноким там теми, которые остались на земле. Дорогие "умершие" несомненно имеют право на нашу заботу и любовь, не говоря уже о том, какое утешение может быть для сердца, лишенного присутствия того, кто освещал жизнь, знать, что он может всё-таки служить любимому человеку и окружать его на его пути ангелами хранителями — мыслями.

Оккультисты, основатели великих религий никогда не забывали этой возможности оставшихся на земле оказывать помощь тем, которые опередили их. Индусы имеют свою Шраддху (Shraddha), через посредство которой они помогают перешедшим в следующий мир душам и ускоряют их переход в Сваргу. Христианские Церкви имеют заупокойные литургии и молитвы за "умерших". "Успокой, Господи, душу усопшего раба Твоего" — молится христианин за перешедшего в иной мир. Только протестантская ветвь христианства оставила этот милосердный обычай, как многие другие, касающиеся высшей жизни христианства.

Деятельность мысли вне тела. Не обязательно ограничивать деятельность нашей мысли только часами, проводимыми нами в физическом теле, т.к. мы можем очень производительно мысленно работать и тогда, когда наши тела мирно спят.

Процесс "отхода ко сну" просто означает, что Сознание, облечённое в свои более тонкие тела, удаляется из физического тела и оставляет его погруженным в сон, между тем как сам человек переходит в астральный мир. Освободившись от физического тела, человек становится гораздо сильнее в области деятельности своей мысли, но большею частью он не устремляет её во внешний мир, использует её для своего внутреннего мира, останавливаясь на предметах, которые интересовали его в часы бодрствования. Его мыслительная энергия отливается в привычные формы и работает над проблемами, разрешением которых занято было его бодрствующее Сознание.

Пословица "утро вечера мудренее" — совет, даваемый тем, которые должны, прежде чем, предпринять какое-нибудь решение, "выспаться раньше, чем решать". Это всё составляет смутные намёки на то, что умственная деятельность продолжается и во время сна. Без всякой определённой попытки использовать теперь освобожденную умственную деятельность, люди собирают и пожинают плоды этой деятельности.

Однако те, которые намереваются осознанно вести свою эволюцию, а не предоставить её своему собственному течению, должны сознательно воспользоваться той большею силою, которая находится в их распоряжении, когда они не связаны тяжестью тела. То, что для этого нужно сделать — очень просто. Собираясь заснуть, нужно спокойно представить уму ту проблему, которую хочется решить; не надо её доказывать или исследовать, чтобы не воспрепятствовать сну, надо просто её сформулировать, вот и всё.

Этого достаточно, чтобы дать мысли нужное направление. Мыслитель, освобождаясь от физического тела, воспримет её и займется ею. Обыкновенно решение представляется уму в момент пробуждения, т.е. Мыслитель запечатлевает её в мозгу; поэтому хорошо иметь под рукой карандаш и бумагу, чтобы по пробуждении немедленно записать решение, т.к. оно, будучи достигнуто таким путем, может легко изгладиться из памяти под давлением впечатлений из физического мира, а возобновить его не легко.

Многие затруднения в жизни могут быть выяснены этим путем и удается наметить путь среди окружающих препятствий. Много умственных проблем могут таким же образом найти себе разрешение, будучи представленными уму в то время, когда он не отягчен физическим мозгом.

Таким же образом, во время сна можно оказать много помощи людям, как в нашем, так и ином мире. Надо представить себе в уме этого человека и поставить себе целью найти его и помочь ему. Этот умственный образ соединит его с тем человеком и вызовет их общение в другом, астральном мире. Но в том случае, если мысль возбуждает какое-либо волнение, надо постараться перед погружением в сон успокоить это волнение. Это волнение — вихрь в астральном теле, а если это тело находится в состоянии сильного колебания, то Сознание изолируется и ментальные вибрации не могут выйти наружу.

Некоторые случаи подобного общения в астральном мире запечатлеваются в пробудившейся памяти, в форме "сна", иные не оставляют после себя никакого следа. Сон это есть воспоминание — часто неясное и смешанное с посторонними вибрациями — о встрече вне физического тела, так на него и надо смотреть. Но если даже в мозгу и не сохраняется никакого следа — это не важно, т.к. деятельность освобожденного Манаса нисколько не препятствует неведению мозга, не принимающего в ней участия.

Полезность человека в астральном мире совершенно не зависит от воспоминаний, запечатлеваемых в мозгу возвращающимся Сознанием и эти воспоминания могут совершенно отсутствовать тогда, когда самая плодотворная работа может наполнять часы нашего сна.

Сила объединенной мысли. Увеличение силы, являющееся результатом единения нескольких человек для помощи общему делу, признается не только оккультистами, но всеми, кто более или менее сведущ в более глубокой науке духа. Существует обычай, по крайней мере, в некоторых христианских странах, перед отъездом миссионеров на проповедь Евангелия в какую-нибудь специально избранную страну, собраться вместе для определённого и сосредоточенного размышления.

Небольшой союз римских католиков, в продолжение нескольких недель или месяцев перед отправлением миссии, собирается вместе для того, чтобы подготовить почву для будущей деятельности, представляя себе местность предстоящей деятельности, воображая себя уже присутствующими там, наконец, тщательно разбирая какой-нибудь определённый догмат церкви. Таким образом, они создают в данной области мысленную атмосферу, более благоприятную для распространения римско-католического учения и более восприимчивые умы уже подготовляются, таким образом, к восприятию от них учения.

Этой деятельности мысли помогает напряжённость, вытекающая из горячей молитвы и другого вида мыследеятельности, воспламенённой религиозным рвением. Созерцательные ордена римско-католической церкви совершают посредством силы мысли доброе и полезное дело; точно так же, как и аскеты, принадлежащие к индуизму и буддизму. Всюду, где возносится добрая и чистая мысль, одушевлённая идеей помощи миру, распространения благородных и возвышенных идей, служения человечеству — там оказывается истинная услуга и одинокий мыслитель становится одним из рычагов вселенной.

наверх